Категории раздела
Помочь сайту
Поиск
Поделиться
Друзья сайта
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

100 дневные бои за Грозный во время Терского казачьего восстания август-ноябрь 1918 года. Часть 1
100 дневные бои за Грозный во время Терского казачьего восстания август-ноябрь 1918 года.

Часть 1

В конце июня 1918 года в разгар Терского казачьего восстания обстановка в районе Грозного была такова, что Грозненский исполком решил разоружить непосредственно примыкав¬шую к городу казачью станицу Грозненскую. По словам Н. Ф. Гика¬ло, командовавшего в то время всеми вооруженными силами Грозно¬го, «было совершенно очевидно, что если не обезоружить станицу, она вместе с другими контрреволюционными силами не нынче — зав¬тра восстанет... И если время будет упущено, на помощь Грозненской станице будут переброшены еще силы».
В это время, чтобы отвлечь казачьи силы от Владикавказа, Грознен¬ский Совдеп вечером 10 августа предъявил станице Грозненской ульти¬матум о сдаче оружия, пулеметов, орудий, выдаче членов Отдельского Совета и офицеров. Казаки отказались выполнить это требова¬ние, заявив, однако, что они не примут участия в общем казачьем вос¬стании. Станица Грозненская была отделена от города в одном месте шириной обычной улицы, а в другом – руслом реки Сунжи.
Утром 11 августа в 9 часов 30 минут за полчаса до истечения срока ультиматума, начался штурм станицы. В первые три дня огонь полевой артиллерии и орудий бронированного поезда имел довольно интенсивный характер (до 1800 снарядов только в первый день). Ураганным артиллерийским огнем станице были нанесены значительные разрушения. «К счастью станичников день нападения был воскресный и, значит, станица была дома, - вспоминал участник тех событий полковник П. В. Занкисов, - а то по казачьей беспечности, особой готовности не было, хотя тревожно жили уже много дней».
Наступление на станицу проводилось с трех направлений. Подготовка к штурму длилась дня 3-4, имели место случаи, когда казаков разоружали в поле и даже на подворье.
Однако фактически штурм станицы был начат еще раньше. Незадолго до открытия артиллерийского огня, красноармейцами была взята баня. Строение было укреплено, в ней были размещены пулеметы. И это – в первую же очередь дало в руки красных 1-й участок, который тут же был разграблен и сожжен.
Многострадальный 1-й участок легко был отдан еще потому, что защищался он по большей части иногородними (квартирантами этой части станицы), которые в большинстве своем были рабочими железнодорожного депо. С первыми выстрелами они разбежались, или частично перешли в город.
По свидетельству Н. Ф. Гикало, первые атаки на станицу были неудачными — вследствие неопытности красноармейцев. Так же очень скоро выяснилось, что и численный перевес на стороне казаков. Накануне предъявления ультиматума Грозный отправил две роты (2-ю и 4-ю) под командованием М. К. Левандовского на помощь Владикавказу. В городе осталось около тысячи красноармейцев. При¬мерно столько же бойцов выставили самооборонческие участки горо¬да. Кроме того, город располагал, кавалерийским эскадроном, артиллерийским дивизионом имевшим на вооружении 24 орудия и бронепоездом «Борец за власть и свободу трудового народа».
Однако, если быть объективными, соотношение сил противоборствующих сторон во время боев между станицей Грозненской и городом, была приблизительно следующая. Согласно последним на тот период статистическим данным, относящимся к 1914 году, в станице Грозненской проживало 4532 жителя. При этом следует учесть следующие обстоятельства. Прежде всего то, что в 1914 году началась Первая мировая война, и вместе с ней значительная часть грозненских казаков с первыми эшелонами отправилась на фронт. За четыре года сражений Первой мировой войны, часть казаков сложила свои головы, и следовательно, к началу вооруженной борьбы Грозненская станица была уже в известной степени обескровленной. Во-вторых, в 1914 году многие сотни жителей Грозненской станицы не были казаками, а являлись иногородними рабочими, железнодорожниками, а так же членами их семей. Как пример приведем статистические данные за 1911 год, когда в станице Грозненской значилось 488 дворов, из которых 420 принадлежали казакам и 68 иногородним. Всего в станице проживало на тот момент 4113 человек, из которых казаков было 2465 человека и 1648 человек иногородних. В-третьих, половина жителей была женской, и никак не попадающей под мобилизационные ресурсы станицы. А если вычесть из оставшейся мужской половины стариков, детей и молодежь допризывного возраста, то на долю казаков служивого возраста едва придется 800 - 1000 человек. Население же самого города согласно статистических данных относящихся к январю 1916 года составляло коренных и временно проживающих жителей – 53 549 душ. При оценке количества жителей города Грозного и его мобилизационных ресурсов к моменту начала боев следует иметь в виду некоторые миграционные подвижки населения. Во-первых некоторая часть мужского населения была призвана в действующую армию с началом Первой мировой войны. Во-вторых, часть населения вынужденно покинула Грозный по причине военно-политической, экономической и криминальной нестабильности еще в зимне-весенний период. В-третьих, половина населения была представлена женским полом. Если из оставшейся мужской половины населения, по аналогии со станицей Грозненской, вычтем треть на стариков и треть на детей и лиц допризывного возраста. То получим цифру почти в 10-11 тысяч человек. Из этого следует, что львиная доля мужского населения города Грозного, которая могла держать оружие и воевать с казаками, на деле уклонилась от участия в братоубийственной войне. Факт, разоблачающий бытовавший в советское время миф о том, что в едином порыве на борьбу с белоказаками поднялись, чуть ли не все жители Грозного, включая женщин, стариков и детей.
О первом обстреле станицы пишет в своих воспоминаниях участник стодневных боев полковник П. В. Занкисов: «Ураганный огонь, одиночество маленькой станицы и измена иногородних внутри самой станицы, пошатнули, было уверенность в правоту дела станичников. Но яркие примеры крепости казачьего духа и взаимной поддержки открыли грозненцам глаза и укрепили единодушное их решение драться до конца».
Так, на 1-м участке войсковой старшина М. А. Поморцев с двумя малолетними сыновьями Николаем и Андреем, в течение трех дней под плотным ружейным и пулеметным огнем удерживал целый квартал и вынужден был оставить его только лишь тогда, когда запылали дома этого квартала. Этот пример личной отваги и крепости духа укрепил веру станичников в успех и в немалой степени вернул их к порядку.
С началом боевых действий станичниками командовал вахмистр И. Чернобаев, затем войсковой старшина Александр Иванович Фролов. Под его руководством, в срочном порядке были возведены инженерные сооружения на особо угрожаемых направлениях, и распределены по участкам боевые сотни. Командирами отдельных сотен и боевых участков стали: В. Д. Михайлов, Н. И. Ушинкин, А. М. Кардаш, М. А. Сенчиков и другие. Артиллерий восставших казаков командовали есаул И. И. Таширов и сотник В. Д. Грабовский.
«Противник в своей злобе и ненависти не щадил никого: все дома в ближайших кварталах к городу до самой станичной площади артиллерийским огнем противника были разрушены. – Писал впоследствии атаман Терского казачьего войска Г. А. Вдовенко. – Станичная церковь полуразрушена; но эти ужасные разрушения не сломили сопротивления станицы, и борьба продолжалась».
По истечении двух дней артиллерийский огонь по станице стал ослабевать, начало сказываться безалаберное расходование красноармейцами боеприпасов. Но и у защитников станицы имевших в первые дни боев на вооружении всего 4 орудия и два бомбомета, положение было ничем не лучше - количество снарядов к ним было крайне ограниченным.
Вероломное нападение красных на станицу Грозненскую всколыхнули близлежащие казачьи станицы бывшего 4-го участка Кизлярского отдела. На помощь казакам, ведущим бои в полном окружении, откликнулись близлежащие станицы: Слепцовская, Ермоловская, Романовская (Закан-Юртовская), Самашкинская, которые послали свои сотни и имевшиеся у них пушки на Грозненский фронт. Не остались в стороне и казаки Кизлярского отдела, перебросившие часть своих сил. Между Кизляром и Грозным действовали два Кизляро-Гребенских конных полка и два Гребенских пеших полка, которые постоянно перебрасывали с одного фронта на другой. Под Грозный был переброшен и один из только что сформированных Волжских полков.
Таким образом, к середине августа 1918 года в Терской области образовался еще один фронт казачьего восстания – Грозненский. Командующим Грозненским фронтом был назначен полковник С. Н. Аландер.
Первыми на помощь осажденным казакам станицы Грозненской подошли сотни казаков с близлежащих станиц Ермоловской и Романовской. Уже на третий день боев ермоловцы и романовцы, выбив красноармейские части с гор и таким образом, прорвав окружение, вошли в станицу Грозненскую, увеличив число ее защитников. С этого момента начались тяжелые позиционные бои.
Город Грозный в короткое время оказался в положении не наступающего, а обороняющегося, осажденного. Подошедшие сотни казаков из станиц Сунженской линии взяли город в кольцо окружения. У Грозного оставался единственный открытый путь – в сторону Чечни, где в ближайшем селении Алды, господствовал сочувствовавший восставшим казакам Атагинский совет во главе с Ибрагимом Чуликовым.
У восставших казаков станицы Грозненской и Сунженской линии была договоренность с Ибрагимом Чуликовым о совместных действиях. Атагинский совет снабжал казаков продовольствием, а когда казачье восстание потерпело поражение, селение Ал¬ды укрыло у себя казаков вырвавшихся из окружения. Но на более активные действия Ибрагим Чуликов и его совет не решались, опасаясь развязывания гражданской войны в самой Чечне.
Недели через две после начала боев произошла смена командующего Грозненским отрядом. Вместо заболевшего А. И. Фролова, стал полковник Г. Г. Колесников, а 4 сентября 1918 года на основании телеграммы временно командующего войсками Терской области полковника Н. К. Федюшкина, в командование Грозненского и Теречного отрядов, а также Сунженской линии вступил полковник П. В. Занкисов.
Для Грозненского Совдепа настали трудные времена. Практически все население города, способное держать в руках оружие подверглось поголовной мобилизации. На предприятиях было налажено изготовление пороха, патронов, гранат. Город в короткий срок был опоясан окопами и проволочными заграждениями. На протяжении нескольких километров были построены блиндажи, пулеметные гнезда и другие оборонительные инженерные сооружения. Принятые Грозненским Советом и командованием меры по мобилизации всего населения города на борьбу с казаками позволили впоследствии увеличить гарнизон Грозного до четырех-пяти тысяч бойцов. В числе прочих насильно были мобилизованы так же и представители зажиточных слоев населения, из которых была сформирована рабочая рота, которая вынуждена была рыть окопы неред¬ко под огнем восставших казаков.
Для лучшей организации защиты города линия обороны Грозного была разбита на три крупных самостоятельных участка. Наиболее ответственный из них проходил от перекрестка Граничной и Дагестанской улиц вдоль всей Граничной улицы и упирался в реку Сунжа. Этот участок обороны, названный «Средним», прикрывал самые жизненноважные центры города. Здесь оборону держали 1-я и 3-я роты Грозненского батальона Красной Армии и отряды чеченских добровольцев. Огнем их поддерживали пулеметные и артиллерийские расчеты. Позиции противников находились буквально в 40-50 шагах друг от друга. Командный пункт этого боевого участка располагался в здании бывшей гостиницы «Гранд-Отель». Командовал Средним фронтом бывший фронтовик Г. Федоров.
Левый боевой участок начинался у Романовского моста и тянулся по левому берегу реки Сунжа, минуя Беликовский мост, затем переходил на правый берег реки к Казачьим сенникам и далее через железную дорогу шел по окраине Шабелиновской слободки. Романовский мост, являвшийся стыком Среднего и Левого боевых участков, был надежно укреплен. Со стороны, обращенной к позициям казаков, он был закрыт сплошными листами котельного железа. К мосту были проведены траншейные подходы. Возле него уложены мешки с песком. Этот мост был важным звеном, связывающим два участка. Через него перебрасывались воинские подразделения из одной части города в другую.
Важную роль в оборонительных позициях Левого боевого участка играл Беликовский мост. На одной стороне его находились позиции красноармейцев, на другой - восставших казаков. Над Беликовским мостом возвышался дом нефтепромышленника Топалова. В период стодневных боев он был превращен в важный опорный пункт. Установленные в верхних этажах пулеметы не только прикрывали подходы к мосту, но и держали под постоянным обстрелом большой участок фронта восставших казаков.
Левый боевой участок оборонялся тремя ротами самообороны и другими подразделениями. Командующим Левого участка был назначен бывший прапорщик П. Григорьянц. На фланге Левого боевого участка по железной дороге действовал бронепоезд «Боец за власть и свободу трудового народа».
Позже остальных возник Правый (Особый) боевой участок. Он тянулся от кирпичных заводов к заводу «Молот», далее к казармам до перекрестка Граничный и Дагестанской. На этом участке позиции занимали боевые роты самообороны Казанской и Бароновской слободок, рота рабочих завода «Молот», завода «Рапид», пролетарский батальон, китайская рота и 5-я рота Грозненского батальона Красной Армии. Командовал Правым (Особым) боевым участком П. Маслов.
Придавая большое значение обороне Грозного, как важного стратегического и политического центра, Совет Народных Комиссаров РСФСР 27 августа 1918 года принял постановление, подписанное В. И. Лениным, об оказании городу военной помощи.
Терский Совнарком и Народный Совет отлично понимали, какое значение имел город Грозный для Советской республики, и всецело разделяли обеспокоенность Совета Народных Комиссаров РСФСР. Ведь по уровню развития промышленности, по численности и организованности пролетариата грозненский нефтепромышленный район занимал второе место на Северном Кавказе после Ростова и не имел себе равных в Терской области. На промыслах, нефтеперегонных и машиностроительных заводах, в железнодорожном депо и мастерских было занято более 30 тысяч рабочих. В городе действовала многочисленная и сплоченная большевистская организация. Она превратила Грозный в один из мощных очагов революционного движения. «Значение Грозного и его нефтяных промыслов известно всем. – Писал в то время С. М. Киров. – Это в полном смысле золотое дно, а в политическом отношении – это опорный пункт революции».
Однако Терский Совнарком не мог в первое время оказать Грозному какой-либо реальной помощи. Вооруженных сил у Совнаркома было недостаточно, а те вооруженные силы что имелись, были задействованы на других фронтах. Единственное что мог сделать Чрезвычайный комиссар Юга России Г. К. Орджоникидзе, как официальный представитель Центральной власти, это отправить в Грозный с делегатом IV областного народного съезда - председателем Грозненского гор¬кома РКП (б) С. И. Тымчуком миллион рублей николаевскими деньгами.
В тылу Грозненского Совдепа были не только враждебные ему чеченские селения, послушные Атагинскому совету. Здесь была и революционная Чечня, руководимая Гойтинским народным Советом. Два отряда чеченской Красной Армии прикрывали оба фланга защитников города. Один отряд чеченцев охранял Ханкальское ущелье, по которому проходил путь из Грозного в Чечню. Отсюда командующий чеченской Красной Армией и нарком Терской советской республики А. Д. Шерипов доставлял командованию города Грозного директивы и указания Чрезвычайного Комиссара Юга России Г. К. Орджоникидзе и Терского Совнаркома, а также денежные средства на закупку боеприпасов и продовольствия для города.
В ауле Гойты находилась «контора» А. Падерина и А. Ф. Носова, скупавшая патроны и снаряды к орудиям, в свое время захваченные чеченцами при взятии крепости Ведено. Готовясь к нападению на станицу, Грозненский Совет принудительно изъял у зажиточных слоев насе¬ления около полутора миллиона рублей. Эти деньги, а так же те, что привез из Владикавказа С. И. Тымчук, оказались как нельзя весьма кстати: «конторе» Падерина и Носова приходилось платить спекулянтам по пять рублей за патрон, по сто рублей за снаряд, по триста рублей за винтовку.
29 августа 1918 года в телеграмме В. И. Ленину Г. К. Орджоникидзе сообщал: «В город введена Красная Армия из чеченцев, сражавшаяся вместе с нашими войсками… Станица Петропавловская окружена чеченскими частями». Чеченские отряды осадили также три прилегающие к городу станицы, отвлекая на их защиту казаков с Грозненского фронта. Они образовали сначала Петропавловский, а затем Ермоловский фронты против восставших казаков.
Особенностью стодневных боев являлось то обстоятельство, что военные действия разворачи¬вались непосредственно в черте самого города. Порою позиции сторон отстояли друг от друга менее чем на рас¬стоянии броска ручной гранаты. Отсюда — осо¬бая кровопролитность и напряженность этих бо¬ев. Казаки и иногородние станицы с одной стороны, рабочие и красноармейцы города с другой стороны с ожесточением дрались за каждую улицу, каждый квартал и дом, которые десятки раз переходили из рук в руки.
Примеры героизма, отваги и храбрости имели место с обеих сторон, и надо полагать, что дошедшие до нашего времени в воспоминаниях участников тех событий, это только часть того, что было. Это и взятие Вокзального района вахмистром станицы Грозненской Андреем Васильевичем Бабенко с горстью храбрецов в 15 человек, занятие громадных казарм и кладбищ партизанами Бабенко и князя Микеладзе, бои за «Николаевский дом-крепость», который переходил из рук в руки несколько раз. В борьбе за железнодорожный вокзал и «Голубинцев-сад» особенно отличилась сотня казаков-партизан Малыхина. Так же нельзя не упомянуть гражданских лиц, и в частности инженера Голубинцева, который пал смертью храбрых при составлении так называемого поезда-толкача, задачей которого было предотвратить дальнейшее продвижение бронепоезда красных «Борец за власть и свободу трудового на¬рода» и вытолкнуть его за мост. Отличились и инженеры Панков и Савин, коменданты заводского района, которые помимо многосложной по должности основной своей работы, как простые рабочие снаряжали патроны, занимались производством пуль и изготовлением ручных гранат. В рядах охотников, на передовой храбро, как простые солдаты сражались инженер Борисевич и врач Сапронов.
В Альбоме «Белая Россия» № 1, составленном Генерального штаба генерал-лейтенантом С. В. Денисовым в разделе «События на Тереке» упоминается подвиг хорунжего Захара Мартынова. После гибели вахмистра Бабенко в командование партизанским отрядом вступил хорунжий Захар Никифорович Мартынов, который, оставшись один на боевой позиции совершил свой легендарный подвиг, в одиночку при помощи бомб уничтоживший целую роту красноармейцев. Сам Мартынов о своем подвиге поведал следующее: «…Захватили казарму, где проходили трубы с нефтью, что для нас было важно. Моим партизанам был дан отдых, а меня с двумя сотнями казаков оставили охранять казарму. Вдруг мои казаки заметили, как большевики по окопу подползают к казарме. Неожиданно они – казаки – покинули казарму. Я остался один, но у меня было с собой двенадцать бомб. Слышу, как красные говорят, что казаки или спят или там никого нет. Я перекрестился и бросил пятифунтовую бомбу, которой убил сразу пять человек. В наступившей панике я начал бросать одну бомбу за другой и так уничтожил почти всю роту и забрал много оружия. Весь окоп был залит кровью. После этого я позвонил начальнику штаба и обо всем его известил. Он прибыл в сопровождении адъютанта А. И. Рогожина и оба были поражены случившимся…».
С первого дня восстания станицы Грозненской против большевиков, сотник Владимир Дмитриевич Грабовский на всех трех боевых участках станицы с одним горным орудием, постоянно меняя дислокацию, наносил тяжелый урон противнику. По истечению третьего месяца борьбы сотник Грабовский был серьезно ранен в ногу и с отходом восставших терцев в Дагестан был эвакуирован в Баку в госпиталь.
Не остались в стороне и женщины. Так казачка Александрова будучи в числе 2-3 защитников штаба методичной и прицельной стрельбой уверенно оборонялась от автомобиля с красноармейцами, стоявшего в 200-300 шагах. Наверняка, это не единственный пример, когда в те трагические дни казачки сражались бок о бок вместе со своими мужьями и братьями, но история донесла до наших дней только одно это имя…
Но и противники казаков не уступали им в личной храбрости и отваге. Среди красноармейцев-защитников города особенно прославился боец Пролетарского батальона П. Мусоров, который в одну из ночей пробравшись на позиции казаков уволок у последних пулемет и, научившись владеть им, стал одним из самых лихих и смелых пулеметчиков. Отвагой и самоотверженностью выделялась медсестра-чеченка Ф. Арсанова, позднее погибшая в одном из последних боев за город 12 ноября 1918 года. Героический поступок совершил красноармеец Н. Зайцев, перегнавший с немалым риском для жизни казачий самодельный бронеавтомобиль в расположение защитников города, за что был лично отмечен Г. К. Орджоникидзе. Особенной дисциплиной и стойкостью отличался «Пролетарский батальон» под командованием В. Е. Михайлюка, который был сформирован из рабочих Старых нефтяных промыслов. Батальон занимал оборону на участке фронта против Старых промыслов. В стодневных боях за Грозный так же отличилась и команда бронепоезда «Борец за власть и свободу трудового народа» под командованием бывшего матроса Ф. Воликова. Сам бронепоезд был построен в паровозном депо рабочими из товарных вагонов и платформ и обшит котельным железом. Впоследствии он был переименован в «Грозный». Прискорбно то, что все эти замечательные примеры героизма, самопожертвования и воинской смекалки имели место быть на братоубийственной гражданской войне.
Казаки не раз пытались сильнейшими атаками прорвать оборону то на одном, то на другом участке. В середине сентября, когда на помощь Грозненской станице прибыл один из вновь сформированных Волгских пластунских батальонов, казаки, стянув на одном из участков фронта порядка тысячи штыков и сабель, сумели прорвать первую линию обороны красноармейцев у завода «Молот». Но оборона на этом участке была выстроена таким образом, что прошедшие первую линию, неизбежно попадали под интенсивный убийственный огонь красноармейцев второй линии. Оставив на поле боя большое количество убитых, и не имея возможности вынести раненых, казаки вынуждены были отступить. Красноармейцам эта победа тоже досталась немалой кровью. Почти полностью был истреблен пролетарский батальон, державший позиции первой линии обороны.

1. ГАРФ, ф. 5881, оп. 2, д. 569.
2. Борьба за Советскую власть в Чечено-Ингушетии (1917-1920 гг.). Сборник документов и материалов. – Грозный, 1958.
3. Бичерахов Г. Памяти героев. //Памяти годовщины восстания Терского казачества 23 июня 1918 г. – 23 июня 1919 г. – Пятигорск, 1919.
4. Бугай Н. Ф. К. К. Орджоникидзе на Северном Кавказе. 1918-1920 гг. – Нальчик, 1986.
5. Головлев А. Станица Грозненская. Мифы и реальность. //Газ. «Терский казак». № 4 (19), ноябрь, 2007 г.
6. Гугов Р. Х. Совместная борьба народов Терека за Советскую власть. – Нальчик, 1975.
7. Денисов С. В. Белая Россия: альбом. № 1, - Стратфорд, Коннектикут, 1937.
8. Занкисов П. Грозненский фронт. //Памяти годовщины восстания Терского казачества. 23 июня 1918 г. – 23 июня 1919 г. – Пятигорск, 1919.
9. Караулов М. А. Терское казачество в прошлом и настоящем. – Пятигорск, 2002.
10. Киреев Ф. Терские казачьи части в Белом движении. //Газ. «Терский казак». № 4 (19), ноябрь 2007 г.
11. Коренев Д. З. Революция на Тереке. – Орджоникидзе, 1967.
12. Литвизин М. А. Памяти друга. //Родной Терек. Правление Союза терских казаков. № 7. – Монтерей США, штат Калифорния, 1972.
13. Орджоникидзе Г. К. Статьи и речи. Т. 1. – М., 1956.
14. Полгода во Владикавказе. Отрывки из анонимного дневника 1918-1919 гг. // «Дарьял». № 2. 2000.
15. Родной Терек. Правление Союза терских казаков. № 8. – Монтерей США штат Калифорния, 1973.
16. Сухоруков В. Т. XI армия в боях на Северном Кавказе и Нижней Волге (1918-1920 гг.). – М., 1961.
17. Таширов И. И. Слепцовский и Самашкинский фронты. (Из воспоминаний слепцовца). //Памяти годовщины восстания Терского казачества 23 июня 1918 г. – 23 июня 1919 г. – Пятигорск, 1919.
18. Фазин З. Товарищ Серго. - М., 1970.
19. Шипулин Н. Главком Терека. – Грозный, 1967.
20. Щербаков М. Ф. Большевики и борьба с ними Терского казачества. //Памяти годовщины восстания Терского казачества 23 июня 1918 г. – 23 июня 1919 г. – Пятигорск, 1919.

К. и. н. Эдуард Бурда
Категория: Мои статьи | Добавил: burdaeduard (02.06.2017)
Просмотров: 1267 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar