Разделы
Категории раздела
Помощь сайту
Поиск
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

Генерал-лейтенант Андрей Григорьевич Шкуро Часть 4.
Генерал-лейтенант Андрей Григорьевич Шкуро
Часть 4.

После освобождения в 20-х числах июня города Харькова в честь представителя славного Кубанского войска устраивались пышные банкеты. Однако, здесь же было совершено и покушение на Андрея Григорьевича. В ресторане «Версаль», где онобедал в компании с полковником Нелидовым и Апрелевым, в кушанья был подсыпан мышьяк: полковник Нелидов скончался, генерал Шкуро по случайности остался невредим. «Промысел Божий - писала газета «Свободная Речь», - сохранила на благо Родины героя-кубанца Шкуро, честного служителя идей возрождения великой, единой и неделимой России».
2 июля 1919 года за героические действия свершенные генералом Андреем Григорьевичем Шкуро, английский король Георг V наградил его одним из высших орденов Британской империи – орденом Бани. Этот старинный кавалерский орден, учрежденный в 1339 году английским королем Генрихом IV, считался одним из почетнейших. Из русских военачальников, эту награду имели Михаил Богданович Барклай-де-Толли, первый русский кавалер Большого Креста Бани, Антон Иванович Деникин, Иван Павлович Романовский. В июне 1945 года английское правительство наградило орденом Бани советских маршалов: Георгия Константиновича Жукова и Константина Константиновича Рокоссовского.
8 июля 1919 года части Сводного корпуса генерала Шкуро взяли город Верхне-Днепровск.
28 июля 1-я Терская дивизия генерала Топоркова из Сводного корпуса генерала Шкуро, действуя против красных частей, отходящих от Константинаграда – Кремчуг, форсирует реку Ворсклу и, обойдя Полтаву с юго-западной стороны, врывается в город с южной стороны и после короткого боя берет Киевский вокзал. Одновременно в Полтаву вошли и части Добровольческой армии генерал-лейтенанта Май-Маевского
Все оставшееся лето 3-й Сводный корпус Андрея Григорьевича провел в непрерывных боях на территории Украины.
28 августа 1919 года корпус Шкуро у города Короча разбил 3-ю и 42-ю советские дивизии, а между 28 августом и 2 сентябрем у Волчанска разбил крупные силы, угрожавшие Харькову. Так же, по сообщениям прессы группой войск генерала Шкуро взяты были Валуйки. Тем самым были отрезаны красные, оперирующие в районе Крупянска.
На 7 сентября, овладев Осколом, конница генерала Шкуро преградила пути отступления ударной группе красных, имевшей задачу овладеть Харьковом и Донецким Бассейном и, после поражения у Короча и Волчанска отходящей на северо-восток. Газеты красочно описывают поражение красных. Атаки кубанцев и терцев «терроризируют красных». «В обозах их паника, штыки втыкаются в землю. Красные тысячами идут в плен».
В середине сентября части генерала Шкуро перебросили на белгородское направление, где они, вместе с 31-й и Корниловской дивизиями должны были противостоять против наступающей группы красного военспеца генерал-лейтенанта Владимира Ивановича Селивачева.
21 сентября на Оскольском направлении части генерала Шкуро, сбив красных, у деревни Болотово, сосредоточились в районе селений Становое, Болотовский, Грозный Лог, Петровский.
24 сентября 1919 года 1-я Терская дивизия атаковала с юга город Нижне-Девинск. В результате этого боя была почти целиком разбита VIII-я Красная армия, состоявшая из 13-й, 14-й, 51-й, 54-й и 60-й пехотных дивизий. Белые взяли свыше 7.000 пленных, 20 орудий, «много пулеметов и другой добычи». «Затем, - вспоминал впоследствии генерал Шкуро, - чтобы ввести красное командование в заблуждение, я повернул на север и пошел на Землянск, который взял с малой кровью, но и с малыми потерями. Разбитые там красные части бросились бежать к Воронежу».
Далее генерал Шкуро, нарушив связь VIII-й армии с главными силами красных Южного фронта, 30 сентября решился предпринять общий штурм Воронежа. После небольшой артиллерийской подготовки Волчий дивизион и Горско-Моздокский полк помчались в конную атаку. Не выдержав стремительного натиска, красная пехота бежала из окопов. Одновременно стрелковая бригада в ночь на 30 сентября навела мост через Дон и на рассвете вместе с приданным к ней Волгским полком 1-й Терской дивизии ворвалась в город. В течение суток город был полностью очищен от красноармейцев, железнодорожная линия Воронеж — Лиски также оказалась под контролем Добровольческой армии. В Воронеже было взято «13 тысяч пленных, 35 орудий, бесчисленные обозы и громадные склады», кроме того, «было взято 2 броневых автомобиля, 2 бронепоезда», 67 пулеметов «и масса других трофеев». Это была последняя крупная победа Андрея Григорьевича Шкуро.
18 октября остававшаяся до этого времени у генерала Шкуро вторая бригада 1-й Терской казачьей дивизии была изъята из состава 3-го Конного корпуса и отправлена под Таганрог, где шли бои с Повстанческой армией Нестора Махно. После потери одного из боеспособных соединений генерал Шкуро уже не имел достаточно сил оборонять Воронеж против конного корпуса Семена Михайловича Буденного.
19 октября части 4-го Донского и 3-го Конного корпусов нанесли удар на стыке 4-й и 6-й кавалерийских дивизий корпуса Буденного в направлении села Хреновое. Конный корпус Буденного, перейдя частично к обороне, силами 4-й и 6-й кавалерийских дивизий нанес удар с юга и севера, отбросив части генералов Мамонтова и Шкуро на восточные окраины Воронежа.
23 октября конный корпус Буденного во взаимодействии с 12-й и 15-й стрелковыми дивизиями VIII-й Красной армии начал наступление на Воронеж и после ожесточенных боев 24 октября захватил город. Не выдержав натиска численно превосходящей конницы Буденного, казаки генералов Мамантова и Шкуро начали отступление.
В казачьих частях началось разложение, бойцы отказывались воевать и стремились уйти в родные станицы на Кубань. К началу ноября численность 3-го Кубанского корпуса генерал-лейтенанта Андрея Григорьевича Шкуро сократилась до 500 человек. И только огромная воля командного состава, жесткая дисциплина и воинский долг все еще заставляли кубанских казаков продолжать, очевидно, проигранную войну. Что бы как-то поднять моральный и боевой дух кубанских казаков приказом главнокомандующего ВСЮР от 8 февраля 1920 года Кавказская армия была переименована в Кубанскую армию.
В тот же день 8 января 1920 года был опубликован приказ № 45 по Войсковому Штабу Кубанского казачьего войска об официальном назначении генерал-лейтенанта Андрея Григорьевича Шкуро командующим Кубанской армией. Шкуро активно принимается за создание новой армии. Но война уже фактически была проиграна, и молодой командующий был бессилен что-либо предпринять, чтобы предотвратить гибель родного края и помешать трагическому ходу событий. При этом и вновь сформированные им части 29 февраля неожиданно были переданы под командование генерал-лейтенанту Сергею Георгиевичу Улагаю. Андрей Григорьевич оказался в резерве командного состава при Штабе Главного командования ВСЮР у Деникина, а затем и Врангеля.
Уже после оставления Кубанской армией 17 марта 1920 года Екатеринодара генерал-лейтенант Андрей Григорьевич Шкуро предлагал объединенным силам донских и кубанских казаков отойти в «богатый хлебом Майкопский район», но совещание старших офицеров решило идти к побережью, на Туапсе и далее на Сочи. Оттуда отдельными отрядами казаки были перевезены в Крым.
Оказавшись в Крыму Андрей Григорьевич Шкуро из-за негативного отношения к нему со стороны барона Петра Николаевича Врангеля был уволен из армии и уже в мае 1920 года оказался в эмиграции. За границей он оказался без копейки в кармане. Обосновавшись в Париже, он на деньги ссуженные сирийцем Саказаном организовал большую труппу казаков-наездников. Тренировки проходили в предместьях Парижа, в городе Монруж. Труппа его казаков выступала на конных состязаниях и в цирках. 25 мая 1925 года казаки-наездники открыли первое свое представление на стадионе «Буффало», собравшем 20 тысяч зрителей. Джигитовали ровно месяц. Слава о казаках Шкуро облетела Францию. Однако больших денег заработать на представлениях не удалось.
В 1920-1921 годах Андрей Григорьевич познакомился в Париже с полковником Беком Владимиром Максимилиановичем. Между ними сложились настолько дружеские отношения, что Шкуро упросил Бека записать с его слов воспоминания о гражданской войне. Полковник Бек, имевший литературный талант, взялся за написание воспоминаний. Рукопись «Записок белого партизана» долгое время хранилась в семье литератора и была опубликована в издательстве «Сеятель» в Аргентине в 1961 году.
1-го декабря 1931 года Андрей Григорьевич Шкуро переезжает на постоянное жительство в дружественную Югославию, правительство которой с большой симпатией относилось к казакам-эмигрантам, охотно давало им работу. С начала 20-х годов здесь обосновалась большая колония русских беженцев и кубанских и терских казаков. Шкуро разъезжал по станицам, делал доклады.
Не любя, по природе своей, суесловия и праздной болтовни, Шкуро, помимо докладов занялся практическим делом, которое давало кусок хлеба и ему и казакам. Он вошел в соглашение с известной строительной фирмой «Батиноль» и лично возглавил обширный фронт работ по отсыпке земляного вала протяженностью свыше 90 километров, который высокой стеной огородил южную сторону городов Земун, Белград и Панчево от коварных разливов Дуная. Дамба была готова раньше намеченного срока. Представители фирмы были довольны трудолюбием казаков и дали им новое задание: построить новый железнодорожный мост для будущей линии. Эта дорога для юга страны имела важное стратегическое и экономическое значение, устанавливая связь между Старой Сербией и провинциями левого берега. На работах у генерала Шкуро в основном были заняты казаки, но и простым русским беженцам предоставлялась возможность заработка. Так, благодаря инициативе и предприимчивости Андрея Григорьевича Шкуро были трудоустроены сотни белоэмигрантов. Много лет подряд он руководил железнодорожным строительством и на этом поприще приобрел большую известность.
У Шкуро, который получил генеральский чин лишь благодаря своим боевым заслугам, не было никаких четких политических пристрастий и потому в годы Второй мировой войны он примкнул к казачьим сепаратистам. Последние, надо сказать, добились большого успеха в переговорах с руководством Третьего рейха о формировании своих частей, чем чины РОВСа и Объединения Русских Воинских Союзов (ОРВС) в Германии.
Летом 1943 года, после ряда крупных поражений на фронте, руководству рейха в срочном порядке потребовался казачий лидер способный привлечь казаков на службу в вермахт. На эту роль был выбран бывший атаман Всевеликого Войска Донского Петр Николаевич Краснов, который возглавил управление по делам казаков восточного министерства Третьего рейха.
Генерал Краснов предложил присоединиться к нему раду казачьих лидеров почитаемых среди белоэмигрантов. Андрей Григорьевич Шкуро, верный своему давнему принципу «Хоть с чертом против большевиков» не задумываясь, откликнулся на зов престарелого атамана. В 1944 году специальным указом Генриха Гиммлера генерал Шкуро был назначен начальником Резерва казачьих войск при Главном штабе войск СС. Его зачислили на службу как генерал-лейтенанта с правом ношения немецкой генеральской формы и с получением содержания по этому чину. В новом для него качестве, но с прежней присущей ему энергией Шкуро взялся за порученное дело: опубликовал в издаваемой в Берлине газете «Казачья лава» свое воззвание к казакам, посетил ряд центров белой эмиграции и Казачьего Стана, где призывал казачью молодежь включиться «в борьбу за освобождение Родины», ездил инспектировать казачьи части, выполнявшие охранные функции и боровшиеся с партизанами в Югославии и Италии.
А между тем война приближалась к своему логическому завершению, а исповедываемая Третьим рейхом идеология – к краху. Остатки казачьих частей сосредоточивались на побережье Адриатического моря. Откуда маршем перебрались в Австрию, где к ним присоединился атаман Петр Николаевич Краснов со своими штабными офицерами и генералами, в числе которых был и Андрей Григорьевич Шкуро. 26 мая 1945 года казачьи части были разоружены 78-й британской дивизией генерал-майора Р. К. Арбутнота. А через несколько дней, согласно пунктам Ялтинской конференции, последовало распоряжение маршала Харольда Александера о передаче атамана и его ближайших сподвижников представителям советского командования.
17 января 1947 года на последних полосах газет «Правда» и «Известия» было опубликовано короткое сообщение Военной коллегии Верховного суда СССР, которая «приговорила агентов германской разведки, бывших главарей вооруженных белогвардейских частей в период Гражданской войны атамана Краснова П. Н., генералов Белой армии Шкуро А. Г., князя Султан Килыч-Гирея, Краснова С. Н., Доманова Т. И. и генерала германской армии эсесовца фон Панвица к смертной казни через повешение. Приговор приведен в исполнение».

Кандидат исторических наук
Эдуард Бурда

Иллюстрации:
1. Генерал-лейтенант Ангдей Григорьевич Шкуро в эмиграции.
2. Художник Кривоногов П. А. «Рейд конницы Буденного С. М».
3. Главнокомандующий ВСЮР генерал Деникин А. И. в Новороссийске март 1920 г.
4. Генералы Андрей Шкуро и Николай Кононов 1944 год.
5. 16 января 1947 года Краснов П. Н., Шкуро А. Г., князь Султан Килыч-Гирей, Краснов С. Н., Доманов Т. И. и генерал германской армии Хельмут фон Панвиц во время вынесения приговора.
Категория: Мои статьи | Добавил: mamay69 (12.12.2023)
Просмотров: 251 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0