Разделы
Категории раздела
Помощь сайту
Поиск
Поделиться
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

Исследователь тихоокеанского побережья Дальнего Востока Иван Петрович Козыревский
Исследователь тихоокеанского побережья Дальнего Востока
Иван Петрович Козыревский

Один из землепроходцев-первооткрывателей и исследователей тихоокеанского побережья Дальнего Востока, создатель первых чертежей Курильских островов Иван Петрович Козыревский родился около 1680-го года в казачьей семье Якутска. Козыревские происходили из польской шляхты Могилевского воеводства. В Якутск его дед Федор Козыревский был сослан в 1654 году в числе пленных поляков, взятых во время войн царя Алексея Михайловича под Смоленском.
В Якутске польский шляхтич Федор Козыревский был приписан к городовым казакам. Будучи грамотным человеком, принимал участие в описании земель и населения отдельных районов Якутского воеводства и даже составил «Книгу описную Якуцкаго уезда Иглимской да Орленской волости». За безупречную службу и заслуги он был пожалован в «дети боярские». Здесь же в Якутске он в 1667 году женился на девице Акилине Федоровне. От этого брака родилось три сына – Петр, Семен, Дмитрий. По достижению преклонных лет Федор Козыревский принял постриг и стал монахом Авраамием якутского Спасского монастыря. Старший сын – Петр Федорович в свою очередь также женился на уроженке Якутска девице Анне, и в браке у них также было три сына – Иван, Петр и Михаил.
С 1697 года Петр Федорович Козыревский с сыном Иваном несли службу в острогах верховья Лены, затем находились в отряде боярского сына Тимофея Кобелева. Помимо сбора ясака с подвластного населения отряд занимался описанием местности.
В сентябре 1700 года с отрядом «служивых людей» Петр Козыревский вместе с сыновьями Иваном, Петром и Михаилом был послан якутским воеводой Дорофеем Афанасьевичем Траурнихтом на далекую Камчатку для приведения ее жителей в подданство России. С реки Большой, Козыревский осуществлял вояжи на ближние реки, на Быструю, на Авачу, к Камчадальскому носу с целью объясачивания аборигенов.
В 1702 году Петр Козыревский был назначен казачьим десятником и начал собирать ясак с ительменов бассейна реки Камчатки. Казаки «привели в русское подданство под ясачный платеж многих иноземцев, в походах терпели холод и голод, покупали на свои пожитченки свинец и порох по 10-12 лисиц за фунт, бывали ранены и биты, призывали в подданство мирных ласкою и приветом, а непокорных ратным боем смиряли…».
В 1703 году Петр Козыревский с сыном Михаилом сопровождали в Якутск ясачную казну. А в 1705 году отправились вновь на Камчатку. Следуя морем вдоль берега Олюторы к устью реки Камчатки, их отряд высадился на небольшом каменистом островке в Карагинском проливе, против речки Тымлат. Здесь произошло столкновение с воинственными коряками в ходе которого весь отряд был перебит. Память о Петре Козыревском сохранилась в названии левого притока реки Камчатки - Козыревки.
Что касается старшего сына Петра Федоровича – Ивана, то с ранних лет начав путешествовать с отцом и братьями по дальневосточным рекам и горам, он познал романтику безграничных просторов. В этих походах он закалился не только физически, но и духовно. На 1704 год доподлинно известно, что Иван Петрович «несет службу рядовым казаком».
Служба казаков на Камчатке в начале XVIII века была необыкновенно тяжела. Да и сам путь из Якутска на Камчатку был длительный и опасный. В пути казакам угрожали различные тогда еще «немирные народы» - юкагиры, чуванцы, коряки и другие. Немало казаков сложили свои головы на этом опасном пути. Еще более страдали казаки от «самовольства» своих «начальных людей».
Особенно возмутило казаков поведение вернувшегося на Камчатку в 1707 г. Владимира Атласова. Он явно злоупотреблял данной ему властью: насильно отбирал понравившиеся ему меха, задерживал выдачу продовольствия и жалованья. Недовольных держал в кандалах в холодных «казенках», часто пьянствовал и «с палашом метался» на казаков. В конце концов терпение казаков лопнуло, и они сместили Атласова, посадили в казенку. Но ему удалось бежать. Известия о «неистовствах» Атласова дошли до якутских властей, и ему на смену был послан новый приказной – Петр Чириков. Но и новый приказный был не лучше предыдущего. И вновь терпение казаков лопнуло – сместили они и Чирикова. Не захотели казаки признать власть и приехавшего на смену Чирикову приказного Осипа Миронова Липина, решили, что они вполне смогут жить на далекой Камчатке без каких-либо царских приказных. В январе 1711 года восставшие казаки сперва убили приказного Липнна, потом зарезали Владимира Атласова, а два месяца спустя утопили в реке Камчатке Петра Чирикова. Однако вскоре среди казаков наступило отрезвление: они поняли, что за содеянное рано или поздно им придется отвечать головами. И было решено направить властям покаянную челобитную, в которой обещали свои «вины» искупить радением в службе. Написать челобитную взялся, единственный кто владел грамотой среди восставших – молодой казак Иван Петрович Козыревский.
Руководитель бунта служивых людей избранный атаманом Данила Анцыферов вместе с есаулом Иваном Козыревским и казаками чтобы умилостивить власти в короткие сроки усмирили непокорных камчадалов, построили Большерецкий острог и отправились на Курильские острова, с целью привести население в подданство России.
Так 1 августа 1711 года из Усть-Большерецка курсом на юг отправилась экспедиция под руководством Данилы Анцыферова и Ивана Казыревского. Этот поход осуществлялся по замыслу самого царя Петра I. После того как первые русские землепроходцы — казаки и промышленники — появились на Камчатке, от местных жителей они получили сведения, что к югу от их земли в море лежат какие-то острова, и что на этих островах живут неизвестные им люди. Об этом и доложил в Москве казачий пятидесятник Владимир Атласов, отправленный туда с отчетом об исследовании им в 1697 году Камчатского полуострова по его западному берегу. Приказчик Анадырского острога представил московским боярам нарисованный его рукой «чертеж» (карту) Камчатки и рассказал, что с берегов устья реки Голыгиной видел неизвестные острова: «…На море видел как бы острова есть». Казачий «голова» также поведал, что живет там народ — бородатые «курилы», то есть так прозванные русскими землепроходцами нынешние айны. Лежащие к югу от Камчатки острова получили от русских людей название Курильских. Так они были прозваны за многочисленные постоянно дымящиеся на них вулканы. Впоследствии землепроходцы давали островам на вычерченных картах соответственно цифровые названия: Первый остров, Второй остров, Третий остров и так далее.
После сообщения от Владимира Атласова о Курильских островах царь-самодержец дает повеление Сибирскому приказу организовать несколько походов с целью изучения островов, обнаруженных к югу от Камчатки и получения сведений о Японии, которая должна была находиться там где-то южнее. Сибирский приказ распорядился следующим образом. По царскому «слову», якутскому воеводе было предписано организовать такие походы силами прежде всего местных казаков, поставив во главе экспедиций надежных «казацких голов».
Таким образом, перед Данилой Анцыферовым и Иваном Козыревским были поставлены следующие задачи: «Камчадальской земли нос и Морские острова и всяких народов проведывать И ежели где явятся самовластный, таких в подданство под Российскую империю в ясашной платеж приводить. А наипаче как мочно проведывать и всякими мерами домогаться про Апонское государство, и какими пути проезд к ним бывает и будут ли они с российскими людьми дружбу иметь и торги водить, как и у китайцов, и что им из Сибири годно и о протчем подлинно осведомиться».
Выйдя из Усть-Большерецка, казаки на кочах плыли вдоль берега полуострова Лопатки, затем переправились на первый из Курильских островов – Шумшу. Здесь участники похода узнали, что на острове нет ни соболя, ни лисицы, ни бобра. Островитяне промышляют нерпу, одеваются в нерповые кожи. Значение этого плавания было огромно: экспедиция положила начало исследованию и освоению русскими Курильских о-вов. Вернувшись на Камчатку, Анциферов и Козыревский подали в Нижнекамчатский острог челобитную и представили чертеж – первое достоверное географическое и этнографическое описание этих островов.
В феврале 1712 года на реке Аваче произошла трагедия: погибли Анциферов и другие землепроходцы. Начатое дело продолжил Иван Петрович Козыревский, в том же году он снова ходил на Курилы.
Выйдя с реки Камчатки, Козыревский по пути в Усть-Большерецк взял ясачный платеж с камчадалов, живших на реках Воровской и Кыкчике. Во главе отряда он направился дальше на юг. По результатам плавания в том же 1712 году Иван Петрович составил «Чертеж вновь Камчадальские земли и моря».
В апреле 1713 года начальник Камчатки Василий Колесов, выполняя царский указ, направляет на Курильские о-ва новую экспедицию во главе с Иваном Козыревский. Перед ними стояла задача: «О Апонском государстве и за перелевами о морских островах проведывание учинить». Козыревский организовал строительство нескольких легких судов, собрал 66 человек; в его распоряжение было дано две пушки, приставлен пленный японец по имени Сан.
Летом 1713 года Иван Козыревский во главе отряда землепроходцев отправились на исследование островов Курильской гряды. На первом от южного мыса Камчатки острове – Шумшу участники похода беспрепятственно собрали ясак. А вот на втором острове – Парамушире отряд встретил яростное сопротивление. Как впоследствии будет записано в пояснении к «Чертежу»: курильцы «со служилыми бились крепко». Но, не выдержав натиска казаков, на 12 байдарах бежали на соседние острова. В погоне за айнами казаки побывали и на небольшом необитаемом острове Кукумива.
Уже в походе участники экспедиции столкнулись с недостаточным материальным обеспечением отряда. Иван Козыревский так описал это в своем сообщении в Якутск: «А на вышеписанные острова за осенним поздным временем морского пути без больших судов и без мореходов, и без компасов, и без якорей и снастей, и без кормовых припасов, и без военного снаряду, и за малолюдством вперед идти было мне ни которыми делы невозможно». Таким образом, собрав ясак лисицами и выдрами, участники экспедиции Козыревского в сентябре того же года вернулись в Большерецк.
Вернувшись на Камчатку, руководитель экспедиции подал приказчику Василию Колесову «за своею рукою тем островам чертеж, даже до Матмайского острова». В комментариях к данной карте Иван Петрович в частности записал: «…а оной Сак дознался по речам от оного итурпинского иноземца про Матманской город. От Матмая за морским перелевом первый город Цыеару, второй Наибу, третий Шандаи, четвертый государство названием Юда, пятой город Иша, шестой Тмаку, седьмой Кинакуне».
В марте 1715 года якутский воевода полковник Яков Ельчин в донесении о плавании Ивана Козыревского на имя царя Петра I сообщал: «И ходили они, казаки, по многим островам недели с четыре, и находили на островах людей множество, и взяли у них двух человек … А по сказке их, иноземцов, до японского первого города Матмая не доходили де за 7 дней; да они ж… сказывали, что около их в близости есть остров с 70 и больши, и от последняго острова до Матманского японского города приезжают судами дни в три и в четыре, а как они поехали от островов и приехали в пять дней к Камчацкой земле».
Иван Петрович Козыревский позднее на основании им же ранее составленных чертежей составил единый получивший название «Чертеж как Камчадальского носу, також и морским островам, коликое число островов от Камчадальского носу до Матмайского и Нифону островов». В своем труде Козыревский указал расстояния между островами и даже метеорологические условия в проливах в разное время года. Так же в «Чертеже» были даны сведения о флоре и фауне островов. В том же «Чертеже» Иван Козыревский дает и первое обстоятельное этнографическое описание коренных жителей Курильских островов: «… живут иноземцы званием Курила… И те головы свои бреют до затылку по тамошнему обычаю, и кланяются на коленках… Язык имеют один и веру… На дальные острова ходят… И к воинскому делу курила зело искусны; поступают о трех боях, имеют луки со стрелами, копья и сабли, и в куяках (панцирях – Э.Б.)… ради промыслу и земной плод – сарану и коренье копают… ».
В 1714 году приказчик камчатских острогов Иван Енисейский, отправляясь в Якутск с собольей казной, оставил вместо себя Ивана Петровича Козыревского. С этого времени и в течении двух лет он управлял Камчаткой и немало сделал для упрочения русской власти на далеком полуострове. Так, в 1715 году поставил в Нижнекамчатске, Верхнекамчатске и Большерецке новые бревенчатые крепости.
Однако в этот же самый период Иван Козыревский решил пойти по стопам своего деда и уйти в монастырь. Осенью 1716 года он был пострижен в монахи и воспринял имя Игнатия. На левом берегу реки Камчатки, между устьем и Нижнекамчатским острогом, он построил «своим коштом» Успенскую пустынь – «ради прибежища ко спасению безпомощным и престарелым и раненым служилым людям, которые не имеют нигде главы преклонить».
В 1720 году инок Игнатий Козыревский был вызван в Якутск по делу о бунте 1711 года. Здесь он поселился в Покровском монастыре, а когда в 1724 году якутский архимандрит Феофан вернулся в Якутск с приказом от митрополита Тобольского и Сибирского Антония Стаховского об аресте Козыревского, то немедленно был закован в кандалы. Не дожидаясь чем кончится дело Козыревский совершил побег в Тобольск, где его благосклонно принял сибирский губернатор князь Михаил Владимирович Долгорукий. Губернатор был поражен и очарован неординарной личностью инока Игнатия, его ярким рассказом о былых дерзновенных деяниях на Камчатке и Курилах, что лично обратился к Витусу Берингу с советом взять Козыревского на тихоокеанское побережье. Также князь Долгорукий походатайствовал о прекращении преследования Козыревского по делу о бунте служилых людей в 1711 году.
В 1726 году Козыревский в Якутске лично встретился с руководителем камчатской экспедиции Берингом и вручил ему свой основной труд жизни – «Чертеж как Камчадальского носу, також и морским островам, коликое число островов от Камчадальского носу до Матмайского и Нифону островов». Однако в силу определенных обстоятельств Козыревский не стал участником Первой Камчатской экспедиции.
Но все же в итоге Козыревский был включен в состав организованной в марте 1727 года экспедиции под руководством якутского казачьего головы Афанасия Федотовича Шестакова. Построив в Якутске на собственные средства небольшое одномачтовое судно «Эверс», в августе 1728 года он отправился вниз по Лене к ее устью. Весной 1729 года его судно раздавили льды, и Козыревский с командой вынужден был вернуться в Якутск.
Потерпев в экспедиции неудачу Козыревский не оставил надежду вновь вернуться на Камчатку, с этой целью он решил отправиться в Москву, где в тот момент находилось правительство и добиться разрешения на организацию новой экспедиции. Ранней весной 1730 года он прибывает в Москву и уже 10 марта пишет прошения в Синод и Сенат. В своих прошениях он подробно поведал, как он на Камчатке смог обратить в веру «тамошних иноверных людей» и он пожаловался на тобольского митрополита за то, что тот его послал в «Учрежской монастырь на безвыходное пребывание». Представители церкви заинтересовались предложениями монаха по упрочению православной миссии в «Камчадальской землице». В «Санкт-Петербургских ведомостях» от 26 марта 1730 года даже появилось сообщение о первооткрывателе Курильских островов, рассматривался вопрос об экспедиции в Японию. А 16 мая 1730 года высшие церковные иерархи в торжественной обстановке посвятили Игнатия в иеромонахи и назначили строителем Успенского монастыря на Камчатке.
Но как гром среди ясного дня, на запрос Синода в Тобольск, от митрополита Антония 26 ноября 1730 года пришло сообщение, что Козыревский был соучастником убийства трех камчатских приказных в 1711 году. Козыревского арестовали, и в Преображенском приказе началось расследование.
Его соучастие в убийстве трех приказчиков Владимира Атласова, Петра Чирикова и Осипа Липина, а также в воровстве церковных и монастырских денег было подтверждено свидетельскими показаниями нескольких лиц. Поначалу Козыревский опровергал предъявленные обвинения. Но затем «заплечных дел мастера» из Преображенского приказа подвергли его чудовищным пыткам, и, не выдержав их, он сознался во всех преступлениях. Из Преображенского приказа дело Козыревского передали в Синод, который, лишив его иеромонашества, отправил Юстиц-коллегию. И уже в январе 1732 года последовал приговор: «по силе ...второй главы первого и дватцать первого дватцать первой главы семидесят второго пунктов и указу 1728 году декабря 12 дня оного растригу Козыревского казнить смертию». Вторично приговор был подтвержден 16 февраля 1732 года.
Козыревский обратился с прошениями о помиловании, в которых указывал на различные свои заслуги, в том числе и на присоединение к России северных Курильских островов. Он писал: «И после той заслуги неусыпным радением к пользе российской империи многую службу я, нижайший, показал и немалой прибыток государственного интересу в ясачном зборе вновь учинил, которой с тамошних народов завоеванных мною збирается в казну вашего императорского величества по вся годы. Золото и полоненных иноземцов и протчем по возвращении с моря 1714 году в Нижне-Камчатской острог показанному Колесову объявил и о чем уведомил, доезд подал и новозборную ясачную казну с морских островов и с Камчадальского Носу также и от тамошних народов вновь взял аманатов и приказчику ж в Верхнем Камчадальском остроге дворянину Ивану Енисейскому объявил же». Но эти прошения оставались без ответа.
По настоянию Козыревского Сенат, куда было передано его дело из Юстиц-коллегии, запросил подлинные материалы о нем из Нижнекамчатска, Якутска и Тобольска. А пока ждали ответов, больного Козыревского содержали в подземной сырой камере Преображенского приказа в ручных и ножных кандалах. Все это и привело к трагическому концу: 2 декабря 1734 года. Козыревский умер, так и не добившись помилования. Только через три года в первопрестольную пришли материалы, подтверждающие невиновность Козыревского. Сам сподвижник Петра I Феофан Прокопович с негодованием говорил: «старец Козыревский неправедно обвинен».
Так трагически оборвалась жизнь первооткрывателя Курильских островов. Но имя его не было стерто из истории, оно навечно вписано в географическую карту северо-западной части Тихого океана. Именем Ивана Петровича Козыревского были названы мыс и гора на Курильских островах — на Парамушире, и залив и мыс — на Шумшу, населенный пункт на полуострове Камчатка, стоящий в самом его центре на реке Камчатке.

Кандидат исторических наук
Эдуард Бурда

Иллюстрации:
1. Памятный камень казакам-первооткрывателям островов Шумшу и Парамушир Ивану Козыревскому и Даниле Анцифереву 1711 год.
2. Худ. Каразин Н. Казаки при постройке линейных крепостей — оборонительных сооружений по Иртышу, возводимых в первой половине XVIII в.
3. Худ. Виталий Губарев. Северная зима
4. Карта Восточной Сибири от Лены до Камчатки и до Амура. Автором карты считают казака И. П. Козыревского, который в 1726 году передал ее Витусу Берингу
Категория: Мои статьи | Добавил: mamay69 (20.08.2022)
Просмотров: 1723 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
avatar