Категории раздела
Помочь сайту
Поиск
Поделиться
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

Казачья эмиграция в ХХ веке Часть 3
Казачья эмиграция в ХХ веке
Часть 3

В мае 1945 года, сразу же после окончания Второй мировой войны, в Европе развернулась массовая репатриация в СССР военнопленных и гражданских лиц, бывших советских подданных, продолжавшаяся до 1 января 1952 года. По некоторым данным, к началу 1950-х годов союзниками по антигитлеровской коалиции в СССР было насильственно возвращено около 4,5 миллионов человек. В силу особенной активности проведения акций по репатриации бывших советских граждан или, как это случалось, заодно и «лиц без гражданства», владельцев так называемых «нансеновских» паспортов, к 1 января 1952 года за границей осталось всего 10% от общего числа находившихся в лагерях беженцев, то есть около 450 тыс. человек. Как пишет в своем исследовании О.Г. Гончаренко: «Судьбы многих репатриантов на поверку оказались куда как более трагичными, чем они могли представить себе даже в самых худших ожиданиях. Те из бывших эмигрантов, кто избежал расстрела после осуждения за государственные, воинские и иные преступления, направлялись после установления степени их «вины» в «штурмовые батальоны», в ссылку, на высылку или в «спецпоселения». В лучшем случае они работали в рабочих батальонах Наркомата обороны СССР или Наркомата внутренних дел СССР, привлекались к принудительному труду с ограничением свободы, прикреплялись к предприятиям с особо тяжелыми условиями труда, подвергались всяким иным лишениям или ограничениям гражданских прав и свобод»[1].
Многие английские и американские военные, в том числе и высшие чины, например фельдмаршалы Александер и Монтгомери, генерал Эйзенхауэр, пытались прекратить репатриации. Но они не смогли противостоять давлению своих правительств[2].
Главное, почему советская сторона настаивала на выдачах – не допустить укрепления эмиграции свежими силами и не выпускать в западный мир миллионы свидетелей своих преступлений. Лишь небольшой части бывших советских граждан удалось стать второй волной российской эмиграции, которая составила от 450 тысяч до 620 тысяч человек[3].
Когда в конце 1955 года в СССР впервые прибыл с визитом канцлер ФРГ К. Аденауэр, одной из целей его визита было добиться освобождения бывших солдат и офицеров вермахта, все еще продолжавших находиться после окончания советско-германской войны в советских лагерях. Одновременно поднимался и вопрос об освобождении казаков, сражавшихся в 1941-1945 годах против сталинского режима: среди тех, кто выдавался англичанами после войны в Советский Союз, было немало так называемых «старых эмигрантов» – либо не имевших никакого гражданства, либо граждан европейских государств. Тем более, что у некоторых из них к этому времени уже истекали их сроки заключения, определенные изначально советским судом. Из 1430 казаков-эмигрантов, переданных только в австрийском городке Юденбург советским властям, по объявленной в 1955 году амнистии за границу смогли выехать всего 70 человек. Остальные к этому времени погибли в тюрьмах и лагерях[1].
После окончания Второй мировой войны идиллия между союзниками продлилась недолго. С марта 1946 года в мире наступило резкое обострение международной обстановки, началась «холодная война», что тоже отрицательно сказалось на темпах репатриации и судьбах репатриируемых русских людей. Бывшие союзники окончательно перестали оказывать какое-либо содействие СССР в репатриации советских граждан, зато чинили всякого рода препятствия с точки зрения их советских партнеров. Одним из ярких тому показателей является отказ английского военного командования в лице генерала Г. Александера (в свое время бывшего английским офицером связи при штабе командующего Добровольческой армии генерала Деникина) на выдачу чинов Русского Корпуса, находившегося в английской зоне оккупации в районе города Клайн-Сант-Файт.
Командиром Русского Корпуса, потомственным терским казаком, полковником А.И. Рогожиным (командир Корпуса с 30 апреля 1945 года) был направлен английскому командованию меморандум, в котором объяснялось, что чины Корпуса являются белыми воинами, в прошлом чинами армии генерала Врангеля и их детьми, политическими противниками большевиков, использовавшими представившуюся возможность продолжения борьбы с ними. Этот меморандум генерал Александер со своей рекомендацией направил в Лондон, и после получения одобрения Русскому Корпусу было возвращено 10% винтовок и револьверов для несения караульной службы[4].
Командующий Русским Корпусом полковник А.И. Рогожин в письме от 3 августа 1945 года сообщал в лагерь Кемптен Кубанскому Войсковому Атаману В.Г. Науменко: «...(1-й Казачий) полк (генерала) Морозова со мной. Люди в полном порядке и, имея опыт прошлой эмиграции, быстро приспособились к местной обстановке. Дальнейшая наша судьба совершенно неизвестна, мы военнопленные и ждем решения своей участи»[5].
Казаки, как и все чины Корпуса, жили организованно в лагере, но не за проволокой, без всякой охраны. Получали положенный паек, очень скудный; частично работали небольшими группами в виде воинских команд под начальством своих офицеров, главным образом у крестьян в районе Клагенфурт-Грац без всякой оплаты.
В начале июля Корпус поступил в ведение английского Управления по демобилизации. В конце июля от английского командования получен приказ о создании рабочих рот для восстановления австрийской экономики. Созданные в течение августа и сентября 26 рот по отдельным рабочим и техническим специальностям были направлены на предприятия Коринтии и Штайермарка.
«В конце сентября, – пишет в своих воспоминаниях поручик В.В. Гранитов, – стало известно о решении английского командования 1 ноября 1945 года демобилизовать чинов Корпуса, продолжавших оставаться в районе города Клайн-Сант-Файт, и перевести их как гражданских лиц в один из строящихся лагерей для беженцев. Рабочие роты временно задерживались на прежнем положении и были демобилизованы лишь три месяца спустя 1 февраля 1946 года»[4].
В преддверии демобилизации и последующего разъезда чинов Корпуса по указанию полковника А.И. Рогожина было разработано «Временное положение о Союзе бывших чинов Русского Корпуса» и учрежден нагрудный знак.
В последних числах октября началась переброска остатков Русского Корпуса из района Клайн-Сант-Файт в еще не полностью законченный лагерь Келлерберг. Этот лагерь был выбран полковником Анатолием Ивановичем Рогожиным как наиболее удаленный от границы советской зоны оккупации. После переселения корпусников поздней осенью 1945 года в лагерь Келлерберг генерал Науменко отмечает в своем дневнике: «Во главе стоит Анатолий Иванович Рогожин, который для большевиков что бельмо на глазу. Не так давно вновь было их требование по радио о выдаче его. По-видимому, результатом этого был арест его англичанами. Было опасение, что его выдадут большевикам, но через три дня его освободили»[5].
В это время многочисленные союзные комиссии, в которые входили советские генералы и офицеры, одолевали «Белый русский лагерь», тщетно надеясь, что казаки «одумаются» и станут просить о возвращении на Родину. Не дождались.
Как записал впоследствии поручик Гранитов: «1-го ноября всем нам были выданы «ентлассунгшайны» (свидетельство о демобилизации)»[4]. Таким образом, из всей массы военнопленных, находившихся в руках англичан в Австрии, Русский Корпус оказался единственным выпущенным из плена.
В этот же день 1 ноября 1945 года полковником Рогожиным был отдан последний приказ по Корпусу, который напечатали в первом номере информационного листка «Наши Вести». Этот листок со временем превратился в журнал, ставший рупором белой эмиграции. Первый параграф отданного полковником Рогожиным приказа говорил о роспуске Русского Корпуса как воинской части, а второй утверждал создание Союза бывших чинов Русского Корпуса (СЧРК).
Первоначально Союз состоял из полковых объединений, и все они находились в Келлерберге, но по мере расселения и образования все новых и новых Отделов они стали определяться по географическим признакам мест их нахождения. Так полковые объединения утеряли свое значение и постепенно сошли на нет. Первым местным Отделом был созданный в 1948 году в Аргентине – Аргентин-Союз Святого Александра Невского, а последним – Отдел в Сан-Франциско в 1959 году. К этому времени Союз чинов Русского Корпуса насчитывал 14 отделов в США, 4 в Южной Америке, 2 в Австралии, 1 в Африке (Марокко) и 1 в Англии – всего 22 отдела. К началу 60-х годов численность Союза составляла около полутора тысяч членов[4].
Деятельность Союза и Отделов развивалась в двух направлениях: материальной – взаимопомощь при устройстве на новых местах и сбор средств для помощи нуждающимся соратникам, и идеологической – сохранение Белой идеологии и непримиримости к советской власти. Для разрешения первой задачи Союзом был создан благотворительный Фонд Святого Александра Невского, оказывавший непосредственную помощь нуждающимся соратникам и облегчение похоронных расходов семьям в случае смерти соратника. Также организован благотворительный фонд имени полковника Ивановского в Сан-Франциском Отделе – для оказания помощи нуждающимся соратникам в различных странах.
В 1961 году в Аргентине чинами Корпуса был приобретен собственный дом, получивший название в честь небесного покровителя Союза Святого Александра Невского и давший возможность многим малоимущим соратникам получить дешевые комнаты. При Корпусном доме по инициативе А.Ю. Янушевского создан «околоток» – амбулатория, в которой бывшие военврачи Ф.Ф. Щербитский и Д.Е. Поляков, при содействии сестры милосердия И.С. Янушевской, обслуживали русских эмигрантов, проживающих как в доме, так и в его окрестностях. В 90-х годах этот околоток обслуживался представителем Толстовского Фонда, сыном белоэмигранта, доктором П.Г. Лукиным[6].
Отделом в Бразилии на кладбище Сан-Пауло был создан склеп-некрополь для обеспечения достойных похорон скончавшихся соратников. В Ново-Дивееве (штат Нью-Йорк) построена часовня Святого Александра Невского в память о Корпусе.
Выполнение второй задачи легло на печатные органы Союза, в первую очередь на журнал «Наши Вести», выходившие первоначально под редакцией есаула Вертепова, а с 1976 года под редакцией хорунжего Н.Н. Протопопова (с 1981 года атаман Терского казачьего войска). Управлением Союза также издавался информационный листок – «Корпусник», а в Аргентинском Отделе – журнал «Под Белым Крестом».
6 апреля 1972 года скончался последний командир Корпуса, создатель и первый председатель Союза, полковник Рогожин. До 1986 году председательствовал в Союзе полковник А.М. Лекторский. Деятельность Союза чинов Русского Корпуса практически прекратилась в 1999 году, когда скончался его последний председатель – поручик В.В. Гранитов.
Чины Русского Корпуса были не единственными, кого минула участь быть репатриантами. После окончания Второй мировой войны в западных зонах оккупации Германии оказались сумевшие избежать депортации в СССР многие тысячи казаков. Наибольшая их концентрация в первые послевоенные годы была в Баварии, где в районе города Мюнхена находился один из крупнейших лагерей перемещенных лиц в послевоенной Германии – Шляйсгайм. Понятие «Шляйсгайм» фактически вместило в себя два лагеря, Большой Шляйсгайм и Малый Шляйсгайм. Малый лагерь был расформирован в 1950 году, и оставшиеся жители лагеря переехали в Большой Шляйсгайм. Шляйсгайм жил очень насыщенной русской жизнью во всех отношениях этого слова: церковной, политической, культурной, скаутской и прочей. Лагерь давал возможность тем, кто решил не возвращаться в СССР, продолжать жить в эмиграции и оставаться русскими православными людьми.
8 августа 1947 года в этом лагере казаками была учреждена Общеказачья станица, атаманом ее стал донской казак, полковник С.В. Болдырев[7].
В том же 1947 году в Мюнхене был создан Общеказачий Центральный комитет взаимопомощи. При нем в качестве секции учрежден Союз казачьих писателей и журналистов.
В начале 1948 года группой известных ранее на Дону, а затем в зарубежье общественных деятелей, донскими казаками В.А. Харламовым, М.А. Горчуковым, Н.Е. Парамоновым и П.Н. Донсковым, находившимися в лагере Шляйсгайм, было объявлено о создании Донского войскового правительства.
4 апреля 1948 года на съезде казаков в том же лагере организован «Казачий союз» в западных зонах оккупации Германии, избраны его правление и председатель – В.А. Харламов.
В конце 40-х – начале 50-х годов в ряде городов Германии, находившихся в Западной зоне оккупации, возникли самостоятельные казачьи объединения:
В Гармыше – донской хутор атамана Г. Коновалова;
В Дармштате – донской хутор Г. Григорьева;
В Карлеруе – казачья станица И. Гончарова;
В Констанце – казачья станица И. Орлова;
В Лансгуте – казачья станица Н. Говорухина и Н. Доманина;
В Людвигсфельде – донской хутор Д. Харебина;
В Мюнхене – Донская центральная станица есаула Г. Тильева;
В Нюрнберге – донская станица П. Помозкова;
В Розенхейме – казачья станица атамана С. Дзюба;
В Ульме – донской хутор С. Макарова;
В Франкфурте – казачья станица Я. Янушкина;
В Хершинге – донской хутор С. Сорокина;
В Шлоскалине – донской хутор М. Дамбинова и П. Васильева;
В Штутгарте –общеказачья станица В. Попова.
Не остались в стороне и представители казачьего Националистического движения. Так, 8 июня 1948 года в городе Мюнхене созван первый послевоенный съезд «Казачьего национального движения» (КНД). И хотя «Верховным атаманом» был избран проживавший в Алжире кубанский казак И.А. Билый, фактическое руководство Казачьим национальным движением оказалось в руках находившихся в то время в Германии донских казаков В.Г. Глазкова (президент исполкома КНД) и И.И. Безуглова-старшего (генеральный секретарь исполнительного бюро КНД)[6]. В последующие годы Казачье национальное движение, руководящий центр которого оставался в Западной Германии, претерпел ряд расколов и реорганизаций. На состоявшемся в Мюнхене в 1952 году Верховном круге Казачьего национального движения атаманом был избран приписной казак Кубанского казачьего войска С.Н. Макеев. Избрание Верховным атаманом неродового казака спровоцировало раскол в национальном движении и в связи с этим уход группы И.А. Билого, В.Г. Глазкова, И.И. Безуглова.
К концу 50-х годов состоялся переезд основных лидеров Казачьего национального движения в Соединенные Штаты Америки. С 1962 года Верховным атаманом Казачьего национального движения и председателем Верховного казачьего представительства становится В.Г. Глазков. В 1972 году на очередном Верховном круге Казачье национальное движение переименовывается в «Казачье национальное освободительное движение» (КНОД). На этом же круге происходит вхождение в движение групп И.А. Билого. Печатным органом реорганизованного движения становится журнал «Казакия», редактором которого долгое время был П.С. Поляков.
На базе Казачьего национального освободительного движения в 1983 году образован «Американский казачий комитет», председателем которого стал Верховный атаман В.Г. Глазков. После его смерти в 1987 году национальное движение возглавил И.И. Безуглов-младший. С этого времени год от года деятельность организации стала сводиться на нет, и в 1999 году И.И. Безуглов-младший объявил об упразднении Казачьего национального освободительного движения.
В 1948 году при поддержке американских властей в западных зонах оккупации Германии и Австрии был учрежден «Союз Андреевского флага» (САФ), в деятельности которого принимали участие и группы казаков, а руководящие посты в нем на протяжении 40-50-х годов занимал донской казак В.С. Свидерский.
В состав Союза Андреевского флага в 1948-1949 годах входило учрежденное в 1948 году в лагере Шляйсгайм «Всеэмигрантское антикоммунистическое зарубежное объединение» (ВАЗО) во главе с чудом избежавшим репатриации в СССР донским казаком генералом И.Н. Кононовым. Однако политический опыт Кононова в эмиграции оказался неудачным. Самые значительные власовские организации (Союз Борьбы за Освобождение Народов России и Союз Воинов Освободительного движения) и старые казачьи организации отказались принимать его в свои ряды. Попытка И.Н. Кононова создать собственную организацию ВАЗО также провалилась в связи с переездом его в Австралию в конце 40-х годов[7].
В конце 40-х – 60-е годы в ФРГ было учреждено до 20 различных общеказачьих хуторов и станиц, в частности, «Донская Баварская станица» с центром в городе Мюнхене (атаманы – С.В. Пухляков, а затем П.М. Брыкалин), а также ряд союзов и других объединений, в том числе возглавлявшихся донскими казаками: войсковым старшиной С.С. Аксеновым, генералом С.М. Зотовым, войсковым старшиной С.С. Акимовым, полковником П.М. Духопельниковым, Д.Т. Елисеевым, П.Г. Гуровым, К. Авиловым, С. Макаровым и другими[8].
Последним крупным казачьим объединением, возникшим на территории Германии, стал «Казачий Союз в ФРГ», образованный 16 октября 1976 года в городе Мюнхене. Его председателем был избран П.С. Поляков, заместителем Н.Я Илюшин, казначеем В.А. Бажанов, секретарем И.А. Сальников, членами правления И.В. Свищь и М.Ф. Назаров.
27 сентября 1947 года во Франции в городе Париже организационное собрание казаков приняло решение о возобновлении деятельности «Казачьего союза», который объединил и возглавил достаточно многочисленные в 50-70-е годы различные казачьи организации, как во Франции, так и в ряде других западноевропейских стран, в некоторых регионах Северной Африки, а также в ряде государств Азии и Южной Америки.
Первым послевоенным председателем Центрального правления Казачьего союза был донской казак, доктор И.С. Чекунов. Его на длительный период сменил Н.Н. Туроверов[8].
После Второй мировой войны во Франции, как и в других странах Западной Европы, начался процесс возрождения старых и учреждения новых общеказачьих войсковых организаций, в том числе около 50 казачьих групп, хуторов и станиц.
В 1948 году был возрожден «Союз казаков-комбатантов», во главе которого встал возглавлявший почти 20 лет Объединение Атаманского военного училища донской казак Н.Г. Зубов. Действовала также Федерация казаков-комбатантов имени атамана Назарова[8].

Примечания:

1. Гончаренко О.Г. Изгнанная армия. Полвека военной эмиграции. 1920-1970 гг. – М., 2012.
2. Бетелл Н. Последняя тайна. — М.: Новости, 1992.
3. Александров К. М. Из истории послевоенной эмиграции // Посев. № 7, 2001.
4. Гранитов В.В. 50-летие Союза чинов Русского Корпуса. // «Наши Вести», № 441 (2742), декабрь, 1995.
5. Стрелянов-Калабухов П.Н. ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. Дивизион Собственного Е.И.В. Конвоя после 1917 года, в Русском Корпусе и эмиграции. / Галушкин Н.В. Собственный Его Императорского Величества Конвой. – М., 2004.
6. «Наши Вести», № 439 (2740), июнь, 1995.
7. Александров К. Трагедия донского казака Ивана Кононова. // «Станица», № 2 (35), март, 2001.
8. Казачий Дон: Пять веков воинской славы. – М., 2010.
9. «Общеказачий журнал». № 1, октябрь, 1946.
10. «Общеказачий журнал». № 2, апрель, 1947.
11. Летопись Кубанского казачьего войска: 1696-2006. /Под ред. проф. В.Н. Ратушняка. – Краснодар, 2006.
12. Казачий словарь справочник. Составитель словаря Г.В. Губарев. Редактор-издатель А.И. Скрылов. Т. 2. – Сан-Ансельмо, Калифорния, США, 1968.
13. «Общеказачий журнал». № 13, январь, 1952.
14. Мариинский Донской институт. – Нью-Йорк: издание Объединения бывших воспитанниц МДИ зарубежом. 1975. С.19.
15. Федосов Казачий мир. Казачьи традиции, обряды и календарные праздники. – Ставрополь, 2005.

Кандидат исторических наук Эдуард Бурда

Иллюстрации:
1. Казак1-го полка Русского охранного корпуса с женой
2. Командир Русского охранного корпуса, терский казак Рогожин Анатолий Иванович
2. Кубанский казачий хор в эмиграции
Категория: Мои статьи | Добавил: burdaeduard (01.08.2017)
Просмотров: 10244 | Рейтинг: 5.0/3
Всего комментариев: 0
avatar