Категории раздела
Помочь сайту
Поиск
Поделиться
Друзья сайта
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

Кизлярский фронт во время Терского казачьего восстания. Август-ноябрь 1918 г.
Кизлярский фронт во время Терского казачьего восстания.
Август-ноябрь 1918 г.

Самый отдаленный от основных очагов Казачье-Крестьянского восстания Кизлярский отдел примкнул к восстанию только в конце июля – начале августа 1918 года. В результате город Кизляр оказался в блокаде на 70 дней.
Еще в марте 1917 года в Кизляре образовался Совет рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Большинство в Совете составляли представители левых партий – меньшевиков и эсеров, поддерживающих Временное правительство. Одновременно в Кизляре образовались многочисленные политические группы, союзы и так называемые национальные «советы». Несмотря на свою малочисленность, большевики Кизляра осуществляли агитацию в массах, готовя их к взятию власти в свои руки. В октябре 1917 года в Кизляр приехал коммунист А. Ф. Хорошев, присланный сюда Ставропольским губкомом партии на усиление местной партийной организации. Он встал во главе кизлярских большевиков.
27 октября 1917 года состоялось расширенное заседание Кизлярского Совета с участием представителей всех политических организаций и солдат гарнизона. Вопреки предложениям меньшевиков и эсеров, была принята большевистская резолюция, признавшая власть Совета Народных Комиссаров и призвавшая всех трудящихся города и отдела выступить на защиту рабоче-крестьянской власти.
К ноябрю в Кизляре был создан Военно-революционный комитет, получивший от Совета чрезвычайные полномочия по борьбе с анархией и контрреволюцией. В его состав вошли: А. Ф. Хорошев – председатель, Д. М. Мосесов – комиссар по военным делам, А. А. Амирагов – заведовал финансово-экономическим отделом, И. П. Дрямов – комиссар революционного порядка и охраны революции, К. Т. Михеев, В. П. Дрямов и другие.
Военно-революционный комитет сразу же приступил к организации Красной гвардии. Вскоре же был создан отряд из 13 человек красногвардейцев-добровольцев из бывших фронтовиков. Несколько позже отряд увеличился до 68 человек, командовал им В. И. Горбачев.
Примерно в то же время в районе села Старо-Теречное формировался партизанский отряд. Оружие для него было доставлено на барже из Астрахани. К весне 1918 года отряд насчитывал около 500 бойцов. Командовал отрядом Рашевский. Отряд имел свою артиллерию и кавалерийский эскадрон, которым командовал П. Шилинский. Создавались небольшие местные партизанские отряды. Военно-революционный комитет разослал своих уполномоченных для организации Советской власти в селах, станицах и хуторах.
После того как Военно-революционный комитет выполнил поставленную перед ним задачу, Совет на своем заседании 19-23 мая 1918 года, полностью одобрив деятельность ревкома, принял решение о слиянии комитета с Советом. Одновременно были произведены выборы Исполнительного комитета Совета. Председателем Совета был избран А. Ф. Хорошев, первым заместителем – А. А. Амирагов. Для упрочения своей власти Исполнительный комитет издал постановление о введении подоходного налога на рыбу и вино которые на прямую касались казаков низовых станиц, основным занятием которых издревле было рыболовство и виноградарство. Также новой властью в виде чрезвычайного налога было изъято у зажиточного населения сумма в размере одного миллиона рублей, а позже по второй контрибуции в размере двух миллионов рублей.
Как сообщала тогда газета «Дагестан»: «Город Кизляр был объявлен республикой, но границы этой республики не удалось раздвинуть дальше городской черты, хотя напрягались к этому все усилия: рассылались декреты, требования, но их никто не слушал. Как и в настоящей республике, в Кизляре имелся революционный трибунал, который присуждал граждан к различным наказаниям и даже к смерти».
К весне 1918 года в связи с разгорающейся на территориях Дона и Кубани Гражданской войной, Кизляр превратился в важный стратегический пункт. Через город проходил единственный путь, связывавший весь Северный Кавказ с Центральной Россией. Через Кизляр на Брянскую пристань Каспия и далее морем до Астрахани направлялся хлеб для Москвы и других промышленных центров, отсюда же вывозился хлеб и в голодающий Баку. В Кизляре в то время скопилось более 200 000 пудов хлеба. От Кизляра до моря хлеб доставлялся на подводах. Важнейшей задачей Кизлярского Совета в этот период было оказание помощи уполномоченным по заготовке и отправке хлеба в центр Советской России и Баку. Совет мобилизовал подводы для перевозки, обеспечивал хранение продовольствия. Ежедневно на подводах через это «единственное окно в социалистическую Россию» отправлялось по 2-3 тысячи пудов хлеба.
Но перевозка хлеба на подводах крайне тормозила его быстрейшее продвижение по назначению. С целью ускорения доставки хлеба в промышленные центры Советской России и в Баку был разработан план постройки железной дороги Кизляр-Каспий. Железнодорожная ветка должна была пройти от Кизляра, через станицу Александрийскую (Копайскую), до Старо-Теречной пристани в устье Терека. По заданию председателя Совета Народных Комиссаров В. И. Ленина Чрезвычайный комиссар Юга России командировал на Северный Кавказ специальный поезд инженера Никольского. Строительство дороги началось в первых числах июня и велось ускоренным методом. Однако строительство ее не было доведено до конца в связи с началом казачье-крестьянского восстания в Терской области.
Весной 1918 года по поручению казачьей фракции Народного Совета был назначен начальником Кизлярской линии полковник Д. М. Сехин, который в срочном порядке приступил к формированию отрядов самообороны в станицах ранее входивших в Кизляро-Гребенскую полковую принадлежность. В сравнительно короткий период времени были организованы небольшие отряды самообороны. Как и по всей Терской области, во главе отрядов стали бывшие фронтовики и офицеры уроженцы низовых станиц. Наиболее известными были отряды войсковых старшин А. Н. Зозули, И. К. Головко и А. Е. Зимина, подъесаула Н. Г. Прокопова, сотника Е. И. Полежакина.
Эти отряды первоначально создавались с целью самообороны от толп дезертиров возвращающихся с Кавказского театра военных действий. Но с утверждением в Кизлярском Совете власти большевиков ситуация стала меняться. Как писала в то время газета «Дагестан»: «В Кизляре большевики уже занялись разоружением приезжавших в город казаков. Но это еще было случайное явление, да и станицы этого района ничего не испытали от большевиков; поэтому особой ненависти к большевикам здесь не было».
В связи с началом казачье-крестьянского восстания в Моздокском и Пятигорском отделах ситуация стала кардинально меняться: было блокировано железнодорожное сообщение соединявший Кизляр с основными сельскохозяйственными районами Терской области и Ставропольской губернии, начались перебои с поставкой продовольствия. В городе Кизляре стала ощущаться нехватка продуктовых запасов. Чтобы решить продовольственную проблему Совдеп города занялся реквизициями и грабежом соседних станиц, сел, хуторов и экономий, чем вызвал акты неповиновения и открытого вооруженного противостояния не только с казаками, но и крестьянами и рыбаками.
В июне 1918 года начальником Кизлярского боевого участка был назначен полковник Ф. М. Урчукин сменивший на этом посту полковника Д. М. Сехина. Под руководством полковника Ф. М. Урчукина был разработан план захвата Кизляра и овладения Старо-Теречной пристанью. Для этой цели Казачье-Крестьянский Совет поручил подъесаулу С. Е. Ушинкину объединить разрозненные казачьи сотни в единый ударный отряд.
Во второй половине июля, когда до Кизлярского отдела дошли слухи о падении Советской власти в Моздоке, казаки низовых станиц под командою подъесаула С. Е. Ушинкина заняли Таловский мост и предъявили Кизлярскому Совдепу ультиматум: немедленно распустить Совет и красногвардейский отряд, угрожая в противном случае артиллерийской бомбардировкой и штурмом города.
Время отведенное на ультиматум большевики использовали с умом и сумели распропагандировать часть восставших казаков, уговорив их разойтись по домам. Такой реакции казаков содействовали и слухи, распространявшиеся по станицам большевиками, о том, что кизлярские армяне подкупили Ушинкина, дав ему 200 тысяч рублей, чтобы он освободил город и казакам за это незачем воевать. С большим трудом полковнику Ф. М. Урчукину удалось задержать казаков и повести их в наступление на Кизляр. Начальником штурмового отряда был назначен войсковой старшина А. Г. Борисов. Но время уже было потеряно.
Город приготовился к обороне. Большевиками, возглавляемыми Кизлярский Совдеп к этому времени уже была произведена мобилизация населения на рытье окопов и объявлен призыв добровольцев в Красную гвардию. К началу осады боевое ядро гарнизона состояло из 68 красногвардейцев, а к концу первого дня осады отряд насчитывал уже 250 человек. Для охраны продоволь¬ственных грузов из Астрахани незадолго до этого прибыл отряд Крас¬ной Армии в количестве 450 человек, с двумя артиллерийскими орудиями под командованием Рашевского. Этот отряд, состоявший в основном из бывших фронтовиков, значительно усилил гарнизон Кизляра. Также на помощь Кизляру пришли и местные партизанские отряды из окрестных хуторов и сел. Из всех этих отрядов позже сформировался 1-й Кизлярский красноармейский полк. К концу июля у защитников города было около 1330 бойцов, 30 пулеметов и два орудия.
Для руководства военными операциями был создан штаб обороны Кизляра, а затем также и Военный Совет фронта. Начальником штаба обороны города назначен подполковник С. С. Шевелев, командующим – руководитель кизлярских большевиков А.Ф. Хорошев. Так началась пятимесячная осада Кизляра.
Линия фронта проходила кольцом вокруг города. Она состояла из 6 боевых участков, во главе которых стоял свой начальник. Под руководством подполковника Шевелева и инженера Поповича вокруг города были вырыты окопы, ставшие основой фортификационных сооружений для защиты города. «В 30 годах, поле окончания мною Высшей военной академии имени Фрунзе, - писал впоследствии участник обороны Кизляра генерал И. Т. Есипенко, - я приезжал в Кизляр, обошел всю систему обороны города 1918 года и нашел, что оборона была построена хорошо. Большая заслуга в этом Степана Степановича Шевелева».
Позднее по представлению Г.К. Орджоникидзе С. С. Шевелев за оборону Кизляра был награжден одним из первых орденов Красного Знамени. А Реввоенсовет советского Кавказско-Каспийского фронта присвоил Кизляру звание города-героя. Упорная оборона Кизляра частями Красной армии надолго отвлекла на периферийном участке значительные силы восставших казаков.
Первый бой произошел 22 июля в районе Таловских мостов. В ночь на 23 июля казаки открыли по Кизляру артиллерийский огонь, а утром пошли в атаку на город. После двух часов артиллерийского обстрела пешие казачьи сотни повели стремительную атаку на позиции красноармейцев в районе «Угольника». Не выдержав первого натиска, красноармейцы были выбиты с позиций и стали постепенно отходить к окраине Кизляра в так называемую «Русскую слободку». К середине дня им удалось занять половину русской слободки. На подобный случай Ревком города Кизляра специально создал резервные отряды из бывших фронтовиков по 100 человек в каждом и разместил их на наиболее важных участках обороны. Когда основная масса атакующих казаков втянулась в слободку, в бой вступил резервный отряд красноармейцев под командованием бывшего унтер-офицера Горбачева.
Не ожидавшие удара во фланг казаки дрогнули и повернули вспять. Бой, длившийся почти шесть часов, стоил казакам нескольких сот человек убитых и раненых. Отдельные группы казаков, не добравшись до таловских мостов, «бросились в мутные воды Таловки, где их погибло много, не считая тех, что на территории города». В качестве трофеев красноармейцам досталось одно орудие и около сотни винтовок.
«После этого боя – вспоминал красный партизан П. Голубицкий - белогвардейцы прислали своих делегатов с просьбой о перемирии, чтобы убрать трупы погибших, чем и занимались четыре дня».
Потерпев неудачу, казаки отступили от Кизляра на четыре версты и закрепились на новых позициях. И хотя взять приступом город казакам не удалось, он был полностью взят в кольцо. Осаждавшими были выставлены пикеты и дозоры, блокирующие основные транспортные пути связывающие Кизляр с Порт-Петровском, Грозным и Астраханью. Началась блокада Кизляра.
Как писал впоследствии в своей книге, непосредственный участник революционных событий и Гражданской войны на Тереке Д. З. Коренев: «Осажденный со всех сторон Кизляр не имел никакой связи с областной народной властью. Во Владикавказе долго считали что Кизляр, как и Моздок, захвачен мятежными казаками».
В течение нескольких недель после первого боя на Кизлярском фронте, между противоборствующими сторонами, соблюдалось перемирие, длившееся до 8 августа.
Перемирие было использовано восставшими казаками для осуществления полной сухопутной блокады Кизляра. В станицах Бороздинской, Дубовской, Каргалинской, Курдюковской, Старогладковской, Щедринской, Червленной и других в срочном порядке были сформированы казачьи сотни и отряды. Командирами этих отрядов были уроженцы этих станиц – прапорщики Г. Хомин и Я. Пимичев, хорунжие М. Рогожин, сотник Н. Пашкин, подъесаул Ф. Беляйкин и другие. К сентябрю из разрозненных сотен и отдельных отрядов были сформированы два Гребенских конных и два пеших полка которые в зависимости от обстановки действовали то на Кизлярском то на Грозненском фронтах. 15 августа 1918 года приказом полковника Н. К. Федюшкина командующим Кизлярским отрядом и боевым участком был назначен войсковой старшина И. В. Новосельцев.
Жизнь в осажденном городе с каждым днем осложнялась. Кончались боеприпасы, доставляемые из Астрахани, стала ощущаться нехватка продовольствия. В городе была введена карточная система распределения продовольствия.
Ранее изъятые у зажиточных слоев населения деньги быстро кончились. Совдепу и Реввоенсовету не на что стало покупать продовольствие, цены на которое резко возросли с началом блокады, а главное нечем стало платить жалование красноармейцам, которые стали, открыто выказывать неповиновение. Совдепу ничего не оставалось, как выпустить в обращение свои разменные деньги на сумму в 1 миллион рублей, которые отпечатала местная типография на простой бумаге. Эти деньги получившие название в народе «хорошевских» наделялись правом хождения на территории Кизлярского отдела до 1 января 1919 года, после истечения срока должны были быть обменены. На деле же эти деньги не пользовались популярностью, и торговцы предпочитали отпускать товары и продовольствие за общегосударственные деньги.
6 августа Кизлярский штаб обороны направил на имя Реввоенсовета и армейского командования в Астрахани информацию, в которой сообщал о тяжелом положении осажденного Кизляра и просил скорейшей присылке вооруженной помощи.
8 августа 1918 года возобновились боевые действия на подступах к Кизляру. Наиболее ожесточенное сражение произошло 23 августа на юго-восточной окраине города. В этом бою был практически разбит сводный Восточный отряд казаков под командованием полковника Дроганова. В ходе боя красноармейцам удалось отбить у казаков Николаевскую переправу, что пагубно отразилось на настроении казаков.
Несмотря на полную блокаду и возобновившиеся атаки, красноармейский гарнизон продолжал героически защищать город. Из Астрахани на помощь Кизляру были посланы отряды, которые должны были не только деблокировать город, но и очистить от восставших казаков железнодорожное сообщение между Петровском - Гудермесом и Кизляром – Червленной.
22 сентября 1918 года крупные силы из Астрахани, высадились в районе Брянской пристани. «23 сентября 1918 года - пишет в своих воспоминаниях участник тех событий М. Киев – гром оркестров возвестил защитникам Кизляра о большом событии: из Астрахани прибыли конница, орудия, автоброневик, обозы с огромным количеством снарядов».
Вместе с медицинским отрядом в Кизляр прибыл и старейший участник революционного рабочего движения П.А. Моисеенко, оставивший впоследствии свои воспоминания об обороне Кизляра.
25 сентября в город, смяв казачьи заслоны, вошел Латышский стрелковый отряд с артиллерией, обозом с продовольствием. Спустя еще два дня, в Кизляр вступили Интернациональный и Железный полки. Впоследствии все эти части вошли в состав XII Красной Армии. Блокада Кизляра была прорвана.
Прибывшие из Астрахани части Красной армии подняли моральный дух защитников Кизляра. Роль Кизляра в развернувшихся событиях гражданской войны в Терской области возросла еще больше. Он оттягивал значительную часть восставших казаков, осаждавших Грозный, и мешал соединиться силам полковника Л. Бичерахова, занявшего в начале сентября Порт-Петровск, с отрядами восставшего Терского казачества. Восставшие же казаки, осаждавшие Кизляр, с нетерпением ждали помощи от полковника Л. Ф. Бичерахова.
Руководитель Казачье-Крестьянского Совета а затем и правительства Г. Ф. Бичерахов в письмах к своему брату Л. Ф. Бичерахову просил последнего оказать посильную помощь восставшим казакам осаждавшим Кизляр. «Кизляр – основа основ, только оттуда можно вести операции на Петровск, Грозный, Пятигорск и даже на Астрахань» - Г. Ф. Бичерахов. «Особое значение приобретает Кизлярский район, разобщающий наши отряды и лишающий Вас связи с продовольственной базой. Дальнейшие неудачи здесь усилят панику и сорвут всякие операции. Наша ближайшая задача – восстановить прочную связь с Вами ликвидацией Кизляра, войти в связь с кубанцами, покончив с пятигорским районом, и очистить свой тыл от большевиков, создать прочную базу на линии Прохладная – Кизляр, дабы вести борьбу на одном фронте, но не на четырех. Такое положение угрожает поражением по частям: последний неуспех под Кизляром слишком ярко подчеркнул опасность», - писали 22 сентября в Порт-Петровск Л. Ф. Бичерахову Э. А. Мистулов и Г. Ф. Бичерахов. Упорная оборона Кизляра частями Красной армии не только не дала возможность соединиться силам Казачье-Крестьянского Совета с войсками Л. Ф. Бичерахова, но и надолго отвлекла на периферийном участке значительные силы казаков.
Чтобы усилить казачьи силы в районе Кизляра и для помощи войскам полковника Л. Ф. Бичерахова, Казачье-Крестьянское правительство 10 октября объявила дополнительную мобилизацию казаков среди станиц Сунженской линии, начиная с призывного года и до 45-летнево возраста. Руководство мобилизацией было поручено полковнику Н. Ф. Рощупкину который провел ее в короткий срок в станицах Фельдмаршальской, Аки-Юртовской, Кохановской, Тарской, Сунженской.
В начале октября по просьбе Казачье-Крестьянского Совета Л. Ф. Бичерахов при поддержке английского генерала Л. Ч. Денстервиля, выделившего военные корабли «Карс» и «Ардаган», внезапным ударом овладел советской морской базой на берегу Каспийского моря в районе Старо-Теречной пристани и произвел высадку отряда есаула К. М. Слесарева. Присланный в помощь казакам отряд состоял в основном из армян и большевиков, которых Л. Ф. Бичерахов обезоружил в Порт-Петровске.
Казаки есаула К. М. Слесарева вошли в станицу Александрийскую (Копайскую), что в 40 верстах от Кизляра, обосновав в ней штаб отряда. В станице Александрийской к есаулу К. М. Слесареву присоединился отряд численностью около 400 человек.
Первоначально на терских казаков и офицеров войска К. М. Слесарева произвели благоприятное впечатление. Даже армяне, которыми были укомплектованы стрелковые батальоны и которых очень не жаловали в отряде Л. Ф. Бичерахова, характеризовались как «прекрасные солдаты».
Сообщая 3 октября 1918 года в Моздок, Казачье-Крестьянскому Совету, Л. Бичерахов писал: «В помощь терцам я послал отряд 1500 человек при 4 полевых пушках, 2 тяжелых орудия, 4 пулеметах, 2 бронированных автомобилях, с автомобильной колонной, с достаточным количеством снарядов и патронов».
Далее в письме Л. Ф. Бичерахов сообщает о разработанном им плане дальнейших действий, согласно которым - «Общее командование поручил генералу Мистулову. Войска Урчукина и Борисова подкреплены добровольцами моего отряда. Таким образом, я полагаю, что в ближайшее время вопрос Кизляра разрешится. Затем на очереди Грозный. По взятии Кизляра, генерал Мистулов с новыми добровольцами моего отряда должен двигаться срочно на Старо-Теречную для погрузки и следования в Петровск. Есаул Слесарев с достаточным отрядом должен по занятии Грозного быстро направиться в Шелковскую станицу и следовать далее на станцию Хасавюрт, до которой будет железная дорога восстановлена и охраняема».
Помимо овладения городом отряду было поручено завершить начатое еще в начале июня Кизлярским Совдепом строительство 80-километровой железнодорожной ветки соединяющей Кизляр и Старо-Теречную пристань в устье реки Терек. Эта железнодорожная ветвь должна была способствовать налаживанию быстрого снабжения повстанцев Терской области боеприпасами и вооружением. Но построить столь важную для восставшего казачества железнодорожную ветвь, как и собственно, овладеть Кизляром, было не суждено.
В начале октября на Кизлярский фронт прибыл не до конца излечившийся после ранения командующий вооруженными силами Терского края Э. А. Мистулов. Целью приезда командующего было, во что бы то ни стало взять Кизляр и соединить вооруженные силы Терского края с отрядом Л. Ф. Бичерахова. Однако в подчинение ему вошли только казачьи отряды восставших станиц Кизлярского отдела, осаждавшие город с востока. Есаул К. М. Слесарев несмотря на приказ Л. Ф. Бичерахова: «находиться в распоряжении командующего войсками», наотрез отказался не только подчиняться Э. А. Мистулову но и даже координировать свои действия. Отказ есаула Слесарева подчиниться командующему вооруженными силами Терского края способствовал в дальнейшем крушению Кизлярского фронта.
Не согласовав свои действия с командованием восставшими казачьими силами Кизлярского отдела, есаул Слесарев 13 и 14 октября предпринял штурм Кизляра. Сначала перевес был на стороне Слесарева, его отряду при поддержке броневиков и артиллерии удалось ворваться в Мусульманскую слободку, оттеснить защитников города в центр и навязать бой на улицах Кизляра. Однако срочно брошенные в бой остатки резерва и прибывшая помощь с других участков спасли красноармейцев и Кизлярский Совдеп от поражения. Вот как описывает этот бой непосредственный участник тех событий М. Киев: «13 октября 1918 года, перед вечером, после обстрела Кизляра и его позиций из орудий тяжелой артиллерии бичераховцы ринулись в атаку. Бой почти с первого же момента принял напряженный характер. Однако после полуторачасовой схватки, немало стоившей бичераховской орде, атака неприятеля была отбита.
Утро следующего дня также начинается артиллерийской перестрелкой. Неприятельские снаряды рвутся по всему городу. Рушатся здания. От осколков шрапнелей перезванивают церковные колокола. Артиллерийский бой достигает наивысшего напряжения. Наши батареи, учащают пальбу. Наконец, артиллерийская дуэль стихла. Бичераховцы бросаются в стремительную атаку. Гортанные крики «ура» тонут в общем гомоне битвы. Ружейно-пулеметный огонь с обеих сторон так велик, что сливается в общий гул. На левом участке фронта бичераховские бронемашины поливают цепи кизлярцев пулеметным огнем. Но вот снова заговорила наша артиллерия. С прямой наводки снаряд разит первую бронемашину. Следующий броневик спасается бегством.
Бой, не стихая в течение уже многих часов, принимает все более ожесточенный характер.
Отступая, отстреливаясь, кизлярцы стойко отстаивали каждую пядь советской земли.
Наступил момент, когда казалось, все проиграно. Кизляр уже пал. Противник, ликуя, горланил уж победное «ура». В этот грозный момент, когда с падением Кизляра власть Советов должна была пасть на огромном пространстве Терского края, раздался громовой призыв красного командования: «За советскую власть! Вперед, товарищи!». Положение оценено было правильно спасти его оставалось только последним средством – отчаянной контратакой. В бой вводится красный резерв – латышская рота под командой т. Клеймана, и советский автоброневик. Его ведет бесстрашный комиссар т. Ландин, прибывший с астраханскими отрядами.
Пораженный неожиданным всесокрушающим контрударом кизлярцев, противник дрогнул, попятился назад. К пяти часам вечера все было кончено…».
Понеся существенные потери в живой силе, и потеряв один из бронеавтомобилей, который достался защитникам Кизляра, отряд Слесарева был вынужден отойти к месту первоначальной дислокации станице Александрийской (Копайской).
Примечательно, что отправленные под Кизляр мобилизованные в Сунженских станицах казаки отклонялись от боя. «В то время когда казаки и солдаты Слесарева штурмовали Кизляр с востока, - пишет в своем исследовании А. Ю. Безугольный, - с запада никакой помощи от своих собратьев – казаков–терцев – они не получали». Чувствовалась безответственность, усталость от войны. Как писал впоследствии один из сотенных командиров воевавших на Кизлярском фронте Б. Нартов: «…воевали плохо, а если и сидели в окопах, то ради веселой жизни, мало стреляли, когда нужно, и много – когда не нужно; они ничем не угрожали большевикам». Кроме того, в рядах казаков осаждавших Кизляр царило поголовное пьянство. «В окопах у них через каждые десять шагов были бочки, наполненные вином. Чихирь у них не переводился, уничтожали его в невероятном количестве. Тут была полная возможность и свобода пить столько, сколько хотелось».
После неудачного штурма в отряде есаула К. М. Слесарева также царило уныние и пьянство. Этими пороками отряда и воспользовались впоследствии красноармейские части Кизлярского Совдепа.
Под утро 5 ноября, воспользовавшись беспечностью казаков, не выставивших караулы, в станицу Александрийскую вошли красноармейские части и открыли ураганный огонь из пулеметов прямо на улицах. Из 1500 стрелков отряда есаула К. М. Слесарева к полудню осталось лишь 250 человек. Станица была разгромлена, население подвергнуто насилиям и расстрелам. Из вышедших 120 человек переправились через Терек, но были пленены чеченцами и турками, которые отделили офицеров и увели в направлении аула Костек. Об этом свидетельствовал старшина селения Тамаза-Тюбе, Мусса Адиль: «когда прибыли офицеры, ко мне привели их два турецких солдата и чеченец прапорщик Назиров, которые их обезоружили и отобрали деньги, после чего увели их в сельское правление». Впоследствии 10 человек, в том числе и есаул К. М. Слесарев были расстреляны. Остальных позднее освободили англичане.
Как явствует из доклада начальника Хасав-Юртовского участка от 16 декабря 1918 года: «15 декабря, в селении Костек, мне заявил сотник из казаков станицы Александрийской Кизлярского отдела Филипп Зуй, что командира бичераховского отряда есаула Слесарева с несколькими офицерами во время переправки через Бикил в районе моего участка убили. В семи верстах от селения, на участке Мазаева, против кутана Тамаза-Тюбе, были найдены 6 человек (офицеры), которые были наголо раздеты».
В конце октября из Астрахани в помощь Кизляру прибыли Ленинский и 7-й Московский полки Красной армии окончательно добили южный отряд. В течение ноября-декабря происходили бои в станицах Бороздиновской, Дубовской, Каргалинской и выше по Тереку. К концу 1918 года казачье-крестьянское восстание на территории Кизлярского отдела было полностью подавлено.

Источники:

Васильев Д. С. Очерки истории низовий Терека (Досоветский период). – Махачкала, 1986.
Известия Совета Рабочих и Крестьянских депутатов и Военно-Революционного Комитета города Кизляр. № 2, 21 апреля 1918 года.
Джамбулатов Р. Т. Революция и гражданская война на Тереке (Хасав-Юртовский округ и Кизлярский одел). – Махачкала, 2012.
Коренев Д. З. Революция на Тереке. – Орджоникидзе, 1967.
Кизляр орденоносный - Махачкала, 1995.
ГАРФ, ф. 5881, оп. 2, д. 524, л. 133-135.
РФ ИИАЭ, оп. 2, д. 846, л. 3.
ЦГА РД. Ф. р-622, оп. 1, д. 1.
Мугуев Х.-М. Весенний поток. – М., 1960.
ГАРФ, ф. 5881, оп. 2, д. 524.
Безугольный А. Ю. Генерал Бичерахов и его кавказская армия. Неизвестные страницы истории Гражданской войны и интервенции на Кавказе. 1917-1919. – М., 2011.
Киев М. Героическая оборона Кизляра (Из заметок участника). - //20 лет освобождения Ставрополя от белых. 1920-1940. – Пятигорск, 1940.
Это было в Кизляре: Воспоминания о героической обороне города в 1918 году. – Махачкала, 1988.
Щербаков М. Ф. Большевики и борьба с ними Терского казачества. /Памяти годовщины восстания Терского казачества 23 июня 1918 г. – 23 июня 1919 г. – Пятигорск, 1919.

Кандидат исторических наук Э. В. Бурда
Категория: Мои статьи | Добавил: burdaeduard (02.06.2017)
Просмотров: 2596 | Рейтинг: 5.0/3
Всего комментариев: 0
avatar