Категории раздела
Помочь сайту
Поиск
Поделиться
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

Конец вольности. Часть 1
Конец вольности
Часть 1

Петровские преобразования первой четверти XVIII века, превратившие Московское царство в Российскую Империю наложили значительный отпечаток на жизнь казачьих окраин. Так, царь Петр I первым из государей посетил казачьи области. В 1695 году, во время Азовского похода, он отменил старинный донской закон, под страхом смерти запрещавший землепашество. Что было вполне разумно: казачество усилилось, и опасность со стороны степняков значительно уменьшилась.
Для укрепления южных границ царь упорядочил службу слободских казаков. Были созданы Харьковский, Изюмский, Сумской, Ахтырский, Острогожский слободские полки. А во время Северной войны, в 1701 году, На Дону был сформирован первый конный полк, до этого у донцов полковых структур не существовало. Полк насчитывал 430 казаков, возглавил его Максим Фролов, сын атамана Фрола Минаева. Впрочем, донские полки оставались временными, они создавались только на время походов и назывались по фамилиям командиров. Эти полки были отправлены в Лифляндию, в армию Шереметева и там одержали первые победы в войне.
И хотя казаки отлично показали себя в Северной войне. Тем не менее, для Петра казаки оставались «третьесортным» войском. Их не воспринимали всерьез, о чем свидетельствует и герб, придуманный им для Дона, - голый казак на винной бочке, заменивший оленя, раненного стрелой.
Не менее важные события происходили на самой казачьей земле. Петр I не собирался считаться с прежними правилами и привилегиями казаков. В 1700 году он отменил на Дону общий войсковой круг. Отныне на него собирались только станичные атаманы и по два выборных от каждого городка. Донские и малороссийские казаки были лишены права беспошлинной торговли. Затем последовал запрет на ловлю рыбы «по реке Дону и до реки Донца…» Добавились запреты на рубку леса, на сношения с соседними степными народами - все связи только через азовского воеводу. И если царственные предшественники Петра I неоднократно подтверждали незыблемость демократических принципов казачества, то бескомпромиссная ликвидация их встретила упорнейшее сопротивление со стороны казаков.
Назначенный Петром I войсковой атаман Ромазанов должен был оставаться в этой должности бессменно. В 1718 году после смерти Ромазанова новым атаманом был назначен Василий Фролов.
Коренная же перестройка во взаимоотношениях государства и казачьих групп на Тереке началась с 3 марта 1721 года, когда Гребенское, а затем и другие войска стали переводиться в подчинение военной коллегии и стали частью вооруженных сил России. При этом казакам определяется постоянное хлебное и денежное жалования.
После подчинения казаков военной администрацией, царское правительство приступило к реорганизации, направленной на укрепление единоначалия и ликвидации демократизма, в частности, связанной с выборностью должностных лиц. По своей организации теперь казаки были приближены к регулярным войскам, и получили полковую организацию во главе с полковником и хорунжим.
В 1723 году Терско-низовые казаки были полностью лишены самостоятельности, их разделили на две части по «четыре капральства в каждой, с тем, чтобы у каждого ста быть командирам: у прежних казаков – голове Степану Татумревскому, при нем голове Максиму Уске и сотнику ж одному». В скорости по приказу Петра I из числа терских казаков были сформированы четыре конные роты: две дворянские и две казачьи. Во главе их было поставлено, вместо голов, ротмистры. Командиром первой роты поставили Максима Уска. В роту было включено 14 дворян, 39 новокрещен и один «кормовой» иноземец. Вторая рота состояла из 4 князей, 25 узденей и 40 служилых окоченцев. Казачьи роты были организованы из сотенных команд. Капралы были заменены десятниками и в каждую роту введены по одному писарю и хорунжему. Через несколько лет было зафиксировано незначительное изменение Терско-низового казачества. Так, в списках за 1725 год в войске числилось дворян 13, новокрещенцев 39, князей с узденями 25, окоченцев 34, казаков 192, и с «чиновными людьми» – по 102 человека в каждой роте. Такая организация терских казаков сохранялась вплоть до 1735 года, когда к ним были присоединены кабардинские переселенцы, перешедшие на службу России вместе с князем Эльмурзой Черкасским, и составившие совместно единое Терско-Кизлярское казачье войско.
В 1736 году часть казаков ранее при Петре I переселенные с Дона на Аграхань со служилыми инородцами были подчинены к только, что основанному городу-крепости Кизляр. Таким образом на Тереке помимо Гребенского были организованы новые казачьи войска Терско-Семейное и Терско-Кизлярское.
Для Терско-Кизлярского войска были составлены особые штаты с учетом их национального происхождения. Войсковым атаманом Терско-Кизлярского войска был назначен генерал-майор князь Эльмурза Черкасский. Устройство этого войска отличалось особым своеобразием: с одной стороны, признавалось организационно-хозяйственная структура казачьих войск, а с другой – сохранялась феодальная сословность, державшаяся на наследственном, привилегированном положении выходцев из княжеской, и дворянской среды. Кроме того, большинство казаков были выходцами из горских обществ и, будучи на русской службе, в той или иной мере сохраняли свои родовые и полупатриархальные порядки. Старшин в Терско-Кизлярском войске назначали, а не выбирали, как это было принято в других войсках. По сравнению с Гребенским и Терско-Семейным, Кизлярское войско было малочисленным и не превышало 170 человек. Интересен состав войска. Так, в его состав входили: один майор, три ротмистра, четырнадцать дворян, шесть «мурз кавказских», два есаула, два сотника, два хорунжих и два писаря. Особую группу составляли новокрещенные казаки, которых насчитывалось 24 человека. В отдельный список были включены так называемые окоченские казаки мусульманского вероисповедания, численность которых колебалась в разные годы от 16 до 18 человек. Самым же значительным в Кизлярском войске был отряд служилых казаков, переселившихся в Кизляр из крепости Святой Крест. Они были названы «терскими», количество их определялось в 100 человек.
Российскими военными властями Терско-Кизлярское войско первоначально не привлекалось к сторожевой и охранной службе, а использовалось в качестве разведчиков, проводников, переводчиков и для сопровождения послов. Состав Терско-Кизлярского войска отличался высокой грамотностью и прекрасным знанием кавказских языков.

С образованием Терского-Кизлярского войска российская администрация пыталась придать своей политике, по отношению к казачеству на Северном Кавказе, новое направление.


(Северный Кавказ в VIII в.)

Наряду с правительственной колонизацией северокавказского региона, созданием «искусственных» казачьих войск за счет переселения служилых казаков из России, государство стремилось опереться на горцев, привлечь их на российскую службу. И хотя первоначально количество горцев в Кизлярском войске не превышало 50 человек, но то, что возглавлял его кабардинский князь Эльмурза Бекович-Черкасский, говорит уже о многом.
Самой многочисленной и наиболее боеспособной силой в регионе по-прежнему оставалось Гребенское войско, которое сохраняло многие казачьи привилегии, оставаясь при этом относительно независимым от государственной власти. Согласно спискам, ежегодно направляемым в Военную коллегию для выплаты гребенским казакам денежного жалованья, их численность колебалась от 450 до 500 человек. В действительности Гребенское войско порой достигало 2 тысяч человек. Гребенские казаки ощущали себя коренными жителями, а Кавказ, не входивший еще в состав Российской империи, рассматривали как свою Родину. К тому же, у гребенцов в течение столетий сложилась хозяйственная структура со своими отличительными чертами и особенностями, что позволяло им существовать автономно, не завися от царского жалованья. Несмотря на то, что зависимость от царской власти значительно усилилась и год от года продолжала расти, гребенские казаки все еще продолжали пользоваться и автономией в области внутреннего устройства казачьей жизни и управления войском. Все важные дела по-прежнему обсуждались на круге, на решение которого рядовая масса казачества оказывала известное влияние. Войсковой круг избирал войсковых должностных лиц сроком на один год. При атамане находился совет старейшин, который состоял из почетных казаков зарекомендовавших себя с положительной стороны. Таким образом, самому старейшему на Северном Кавказе Гребенскому войску на протяжении первой половины XVIII века удавалось отстоять и сохранить внутреннее самоуправление и многие вольности.
В августе 1759 года владелец Малой Кабарды Кургока Кончокин прибыл в Кизляр, где принял православное крещение, получив российское имя Андрея Иванова. После свершения обряда крещения 26 ноября 1759 года Кургока Кончокин, в письме на имя кизлярского коменданта просил направить его «ко двору ее императорского величества, дабы упросить разрешение поселиться на новом месте». Коллегия Иностранных дел разрешила выезд Кургоке Кончокину в Петербург, и 25 июня 1760 года он, в сопровождении трех узденей и одного служителя, выехал из Кизляра в Российскую столицу. В Петербурге его тепло встретили и обещали удовлетворить все его просьбы. Однако ему пришлось задержаться в столице, где он пережил смерть Елизаветы Петровны, падение Петра III и воцарение Екатерины II, и только в 1762 году по поручению сената, коллегия Иностранных дел подготовила доклад «по прошению крещенного Малой Кабарды владельца Кургоки Кончокина».
Владелец Малой Кабарды Кургока Канчокин – «просил позволения переселиться со своими подвластными, около сорока дворов, на левый берег Терека и служить на тех же основаниях, на каких служили окоченцы и новокрещенцы при Терско-Кизлярском войске. Так как желание Канчокина (в крещении Андрея Иванова) совпало со стремлением России укрепить ее южные рубежи, а именно усилить Терскую линию, то царское правительство разрешило князю выбрать на левом берегу Терека любое урочище.
Канчокин выбрал урочище Моздок («Мэз-дэгу» в переводе с кабардинского языка «Глухой лес») и переселился туда. Екатерина II пожаловала ему за службу чин подполковника и титул Андрея Черкасского-Канчокина, а для «поощрения желающих принять святое крещение и поселиться в Моздок повелела выдавать из доходов Кизлярского края узденям по 10 рублей, простым людям по пяти». Благодаря этой мере количество принявших крещение и переселившихся в урочище Моздок стало быстро расти.



Из них впоследствии была образована так называемая Горско-Моздокская казачья команда.
Постройка поселения и впоследствии крепости Моздок была поручена подполковнику Петру Ивановичу Гаку. К строительству крепости П. И. Гак приступил 5 июля 1763 года. К 1765 году крепость Моздок была построена и представляла мощное оборонительное укрепление. Для обороны крепости из Астрахани в Моздок был переведен гарнизонный батальон вместе с 40 орудиями.
Заселение же Моздока производилось за счет местных переселенцев. Прибывающие на поселение горцы, беглые люди с семьями и одиночные селились, как правило, отдельными слободами, придерживаясь национального признака (кабардинцы, армяне, осетины, грузины и др.).
Еще одним регионом, подвергшимся переселенческим тенденциям, явилось Поволжье. Так, в 1732 году с Дона на Волгу были определены к поселению 1057 казачьих семей, но уже в 1765 году 517 семей вновь созданного Волжского казачьего войска были переведены на Терек, основав станицы Галюгаевскую, Ищерскую, Наурскую, Мекенскую, Калиновскую. Казаки вновь образованных станиц составили особую казачью часть – Моздокский полк, во главе которого был поставлен вместо войскового атамана полковой командир полковник И. Д. Савельев.
Для охраны вновь основанных станиц во время походов и для действия станичной артиллерии (каждая станция снабжена четырьмя трехфунтовыми пушками) было дополнительно переселено по 50 семей донских казаков в каждую станицу. Донским казакам, как и волжским, нарезалась земля на равных основаниях, выдавались ружья, порох и свинец, но верховых лошадей иметь не полагалось. В дальнейшем артиллеристы комплектовались исключительно за счет казаков и их детей «к езде уже неспособных», а самих донских переселенцев включили в штатное расписание Моздокского казачьего полка, и они выполняли службу наравне с остальными казаками. Одновременно с Дона «для обслуживания Моздокской крепостной артиллерии переселили еще 100 семей донских казаков, основавших в 1770 году на окраине Моздока станицу Луковскую».

Проводя политику переселения казачества с одного места на другое, а так же насильственного обращения вольного казачества в особое служилое сословие, царское правительство при этом преднамеренно разрушало существовавшую у них военную организацию. По своему устройству казачье войско теперь мало чем стало отличаться от обычной регулярной части, и вместо избираемого атамана назначался командир полка, наделяемый неограниченными правами. Начала господствовать суровая палочная дисциплина, повысилась требовательность к службе, усилился контроль над личной жизнью казаков и их домочадцев. Жесткое проведение политики «осолдатчивания» новь переселенных казаков Моздокского полка встретило серьезное сопротивление со стороны последних.
С основанием Моздока и этих станиц было завершено создание Терской кордонной линии – первой укрепленной русской линии на Северном Кавказе. Линия брала свое начало от Аграханского залива и тянулась вдоль левого берега Терека до крепости Моздок. Общая протяженность линии составляла 250 верст.

Военно-стратегическим и административным центром Терской укрепленной линии являлась Кизлярская крепость, которая до основания Моздока оставалась единственной русской крепостью на Кавказе.



Начальниками Терской линии, как и всего этого края, были кизлярские коменданты.
В 1776 году указам правительства для удобства за надзором Волжское, Терско-Гребенское, Терско-Кизлярское и Терско-Семейное казачьи войска, Моздокский и Астраханский казачьи полки были соединены в одно Астраханское войско.
По распоряжению Г. А. Потемкина астраханским военным губернатором И. В. Якоби вместе с полковником Генерального штаба И. И. Германом была обследована местность от Моздока в северо-западном направлении к Азовскому морю. Полученные сведения и легли в основу доклада Г. А. Потемкина Екатерине II «Об учреждении линии от Моздока до Азова», получившей впоследствии название Азово-Моздокской укрепленной линии.
Новая линия должна была состоять из 10 крепостей, редутов (укреплений сомкнутого вида, предназначенных для круговой обороны), форпостов и пройти от Моздока, стоявшего на Тереке, по рекам Малке, Куре, Золке, Подкумку, Сабле (Карамыку) и Калаусу до границы Донского войска, а оттуда через крепость Святого Дмитрия (ныне – Ростов-на-Дону) до Азова.
Все крепости должны били быть построены к 1778 году. Для этого предполагалось третью часть войск, направленных на Линию, использовать в качестве рабочей силы для возведения крепостей. Относительно стратегического назначения новой линии Г. А. Потемкин писал: «Она соединит Азовскую губернию с Астраханской и во время войны с соседними народами может удерживать стремления их на наши земли, подкрепит действия войск наших в Крыму и в прочих местах».

24 апреля 1777 года Екатерина II на докладе Г. А. Потемкина собственноручно начертала «Быть по сему», тем самым утвердив проект строительства и заселения новой линии. Исполнение проекта и руководство строительством было возложено на астраханского губернатора И. В. Якоби «как испытанного уже в пограничных делах начальника».
20 мая 1777 года И. В. Якоби получил приказ светлейшего князя Г. А. Потемкина о наименовании новых крепостей. Он гласил: «Учреждаемые по линии от Моздока до Азова укрепленные селения наименовать: «1-е святая Екатерины, 2-е святого апостола Павла, 3-е святая Марии, 4-е святого Георгия, 5-е апостола Андрея, 6-е святого Александра Невского, 7-е Ставрополь, 8-е Донское, 9-е Московское, 10-е Владимирское». Летом того же года силами солдат и казаков начались строительные работы по всей линии.
6 июня 1777 году остатки Волжского казачьего войска, принявшего участие в Пугачевском бунте были отправлены на места нового поселения на Кавказе, где основали 5 крепостей – Екатериноградскую, Павловскую, Марьинскую, Георгиевскую и Александрийскую (вместо Андреевской как было запланировано ранее. – Э. Б.), объединенные в войско под прежним названием. В 1799 году оно было преобразовано в Волжский казачий полк.

В то время как волжские казаки обустраивали свой участок Азово-Моздокской линии, к закладке крепостей, предусмотренных планом светлейшего князя Г. А. Потемкина, приступили и хоперские казаки. Так 18 октября 1777 года хоперские казаки совместно с солдатами Владимирского драгунского полка на реке Калаус заложили крепость Северную. 22 октября ими же на реке Ташле была заложена крепость, получившая впоследствии название Ставропольская. Конфигурация Ставропольской крепости отличалась от остальных укреплений Азово-Моздокской линии и в точности соответствовала рельефу местности. По плану крепость представляла вытянутый с юго-запада на северо-восток неправильный пятиугольник. Длина ее стен составляла 1630 метров. Крепость занимала площадь в 10 гектаров. Одновременно при крепостях были основаны казачьи станицы.
В 1786 году Терско-Гребенское, Терско-Кизлярское, Волжское, Терско-Семейное казачьи войска и Моздокский казачий полк были отделены от Астраханского войска и вместе с Хоперским казачьим полком получили название поселенных Кавказской линии казаков. Их передали в ведение командира Грузинского корпуса, с подчинением по гражданской линии губернатору Кавказской губернии, по военной – войсковым (полковым) командирам и уездным начальникам.
Последовательно шло и уничтожение старых допетровских принципов взаимоотношений между государством и казачьими окраинами.
Если у Терско-Гребенского казачьего войска, исторически сложившегося на Тереке, Петербург не торопился отбирать последние элементы вольности, опасаясь оголения границы в результате возможного ухода гребенцов (по аналогии с некрасовским исходом с Дона за Кубань), то вновь поселенные на Кавказе казачьи группы изначально ставились военными властями в положение полностью зависимых от их воли военно-хозяйственных формаций.

Кандидат исторических наук Эдуард Бурда
Категория: Мои статьи | Добавил: eduardburda (18.04.2019)
Просмотров: 5318 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar