Категории раздела
Помочь сайту
Поиск
Поделиться
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

Конец вольности Часть 2
Конец вольности
Часть 2

На протяжении всего XVIII века последовательно, шаг за шагом, шел процесс трансформации вольного казачьего социума, открытого и доступного в древности любому индивидууму, желающему связать свою жизнь с лишениями и опасностью приграничной жизни, в закрытую обособленную военно-хозяйственную систему, известную под названием военного сословия.
Обычное общинное право казачьих групп, подвергавшееся в XV-XVII веках изменениям под воздействием внешних и внутренних факторов, в XVIII – начале XIX веков было спрятано казаками в рамках собственной замкнутой системы, и просуществовало без значительных изменений вплоть до Великой Смуты охватившей страну в 1917 году.
Для удобства управления Северокавказскими землями указом Екатерины II от 5 мая 1785 года было образовано специальное Кавказское наместничество в составе Кавказской и Астраханской областей. Граница непосредственно Кавказской области проходила по Каспийскому морю, далее по границе с «Персией, Грузией, турецкими владениями, Азовским морем, Таврической областью и землей Донских казаков». Огромная территория Кавказской области была разделена на шесть уездов: Кизлярский, Моздокский, Ставропольский, Екатериноградский, Георгиевский и Александровский. Центром наместничества и области была объявлена станица Волжского полка Екатериноградская.
С учреждением Кавказского наместничества усиливается двойственная подчиненность терско-гребенских, волжских, моздокских, терско-кизлярских и терско-семейных казаков гражданской и военной властям. До этих пор войсковые атаманы или командиры казачьих полков были полными хозяевами своих частей, а теперь все, что относилось к внутреннему быту станиц, все отставные или неслужащие казаки, женщины и малолетки изъяты были из их подчиненности и ведались уже общими губернскими или уездными учреждениями. За войсковыми атаманами остался только служилый состав полка, то, что сидело на конях, очередные наряды на службу да военные действия. Обо всех происшествиях в станицах, о смертных случаях, пожарах, падеже скота, посевах и урожаях, о заводимых вновь запасных хлебных магазинах и т. п. станичные атаманы доносили уже прямо земской полиции, и полиция сама назначала и руководила следствиями. Атаманы, как войсковые, так и станичные, поддерживали связь с губернским правлением, выполняли их распоряжения, отчитывались перед ними и практически «очутились в… зависимости от гражданских властей». При этих условиях защищать общие казачьи интересы было уже некому.
Так, несмотря на то, что казаки отбывали почтовую повинность, с них стали взимать еще и подушную подать на содержание почтового тракта в сумме 1 рубль 90 копеек.
Фактически, войсковые атаманы, начиная с этого времени, управляли только строевыми казаками. Выполняя непосильные воинские повинности, казаки лишались возможности нормально вести свое хозяйство. Вся тяжесть ведения домашнего хозяйства выпала на долю казачек.

Коренным поворотом в судьбах казачества стал XIX век. Процесс, начавшийся еще при Петре I, вылился в формирование из казаков военно-служилого сословия, подчиненного правительству и верного царскому престолу. Дополнительным импульсом, ускорившим этот процесс, были не только Российские события, но и западноевропейские революции, началом которых стала Французская Революция. Николай I потрясенный дворянским восстанием вынужден был искать защиты в других социальных группах Российской Империи.
Правительство было заинтересовано в централизации управления казачества. При этом оно осознавало необходимость создания свода законодательных постановлений о порядке управления казачьими войсками, казачьим населением, о существе и границах их прав и обязанностей. Этого требовало и состояние внутри сословных отношений, поскольку значительно возросла власть войсковой верхушки, сосредоточившая все управленческие функции в войсковых канцеляриях.
О реформах первой четверти XIX века трудно сказать, что они носили системный характер и проходили по какому-то определенному плану. По-видимому, это объясняется как известной последовательностью во внутренней политике Александра I, так и меняющейся ситуацией накануне и после Отечественной войны 1812 года. Тем не менее, тенденция к укреплению централизованного управления казачьими войсками явно прослеживалась. Если раньше делами разных войск и казачьих формирований ведали инспекции, будь-то, Оренбургская, Кавказская или Сибирская, то с образованием Военного министерства (1802 г.) непосредственное руководство казачьими формированиями перешло к нему, а административными, судебными, гражданскими, уголовными делами казачьего населения ведали или Кабинет Министров, или Правительствующий Сенат.

Преобразования в военной сфере были направлены на усиление единообразия различных видов войск, включая и казачество, на максимальное сближение правил службы в казачьих и регулярных войсках. По указу императора Павла I от 22 сентября 1798 года казачьи чины наконец-то четко уравнялись с армейскими: казачий полковник и войсковой старшина стали соответствовать майору, есаул – ротмистру, сотник – поручику, хорунжий – корнету. Чуть позже был увеличен штатный состав казачьих полков, созданы казачьи артиллерийские части, принят ряд постановлений по обеспечению отставных и раненых казачьих офицеров. Наконец, на казачьи войска были распространены некоторые правила, предусмотренные для регулярных войск: установления жалованья для казачьих офицеров и чиновников; выдача казачьим офицерам патентов на чины; установление форм отчетности казачьих полков.
Немаловажным в этом плане стало учреждение 2 октября 1827 года института атамана всех казачьих войск. Это чисто декоративное звание присваивалось только наследнику престола. Все войсковые атаманы считались его заместителями и носили до самого 1917 года звание войсковых наказных атаманов. Первым атаманом всех казачьих войск стал 9-летний великий князь Александр Николаевич (будущий царь Александр II). В 1834 году достигнув 16 лет, он принял присягу. А в 1837 году царь лично вручил ему в Новочеркасске знаки атаманского достоинства. Всего же в истории казачества было пять Августейших атаманов: после Александра Николаевича ими становились наследники Николай Александрович (умерший до вступления на престол), Александр Александрович (Александр III), Николай Александрович (Николай II) и Алексей Николаевич.
С самого начала своего существования гребенское казачество сохраняло свое неоспоримое право на выборность войсковых атаманов – сохраняли они это право и даже тогда, когда в других войсках оно уже было упразднено. Но в 1819 году командующий Кавказским корпусом генерал А. П. Ермолов отменил выборность как институт самоуправления и придал Гребенскому войску полковую организацию. Для управления и командования войском стали назначаться офицеры из регулярных войск со званием «командира войска». Станичных атаманов заменили станичные начальники, назначавшиеся из казачьих офицеров. Объяснялось это необходимостью внедрения принципов государственности в казачью среду, а самоуправление признавалось Ермоловым «учреждением беспорядочного самоуправления».
В то же время гребенское войско, не переставая именоваться войском, получило устройство строевого полка, пятисотенный состав которого был увеличен до 700 человек, состоявших на жаловании. Для командования его отдельными подразделениями стали прикомандировываться кавказские офицеры.
Также были введены новые правила в организацию внутренней жизни и самоуправления казаков. Главой всей власти теперь является командир войска, назначаемый царским правительством и ответственный только перед ним. Ниже его стоят во всем подчиненные ему общий станичный сход и совет выборных почетных стариков. На общих станичных сходах объявлялись приказы и предписания властей, обсуждались хозяйственные вопросы дела об общественных повинностях, разбирались ссоры и распри между казаками и другие, касающиеся житейских станичных дел. В случае если общий станичный сход не приходил к единому решению какого-либо обсуждающегося на нем вопроса, то последний передавался на рассмотрение совета почетных стариков. Но решающее слово во всем и над всем принадлежало командиру войска, ставленнику властей. Подобной перестройке подвергалось также терское-семейное казачье войско, имевшее во всем одинаковое с гребенским устройство.
Таким образом, в начале XIX века казачество Терека окончательно потеряло свою независимость, и под воздействием государственного аппарата трансформировалось из уникальной субэтнической группы обладающей своеобразной культурой и управленческой самостоятельностью, в замкнутое военно-служилое сословие. Терское казачество стало одним из звеньев социальной опоры самодержавия и представляло собой составную часть Вооруженных сил России на Северном Кавказе. Вознаграждая за службу, правительство облегчало налоговое бремя и обеспечивало земельными наделами казачество. При этом правительство создавало для вновь образованного сословия определенный уклад жизни, отразившийся в системе организованного, кадрового устройства казачьих войск и обществ и сочетавший в себе управленческие и демократические начала.

В 1828 году дабы упорядочить воинские звания в казачьих войсках император Николай I утвердил перечень казачьих чинов: казак, урядник, хорунжий, сотник, есаул, войсковой старшина, подполковник, полковник. Чуть позже в 1838 году было введено звание приказного (соответствующее ефрейтору), а чин урядника разделился на два – старшего и младшего урядника. Увеличивалась и боевая сила полков, они стали шестисотеными, каждая сотня состояла из 144 казаков.
В 1831 году всем казачьим войскам и полкам, расположенным в бассейнах рек Терека и Кубани была установлена единая форма обмундирования черкесского образца. В 1832 году было принято казачье ружье «азиатского типа». А в 1838 году сабли кавалерийского образца официально заменила казачья шашка.
Активизация и расширение военных действий на Кавказе в первой половине XIX века потребовали от русской военной администрации введения в области управления местной гражданской властью, а в управлении казачьими войсками определенной реорганизации. Военные операции против горцев и ответные выступления последних требовали безусловной централизации власти, быстрого и оперативного решения стоящих перед командованием задач. Решение же их осложнялось тем, что казачьи войска, в отличие от регулярной армии, совершенно не связаны были между собою и управлялись войсковыми начальниками по своему усмотрению. Все эти недостатки вынудили царское правительство свести все северокавказские казачьи войска в единое войско, получившее название Кавказского линейного казачьего войска. «Высочайшим приказом от 25 июня 1832 года» Терско-Семейное, Терско-Кизлярское и Гребенское войска были преобразованы в полки и соединены с Кавказским, Кубанским, Хоперским, Волжским, Ставропольским, Горским и Моздокским полками в Кавказское линейное казачье войско. Позже сюда же были определены Владикавказский и Сунженский полки.
Общее командование Линейными полками было возложено на назначаемого наказного атамана, в обязанности которого входило: готовить казаков к службе, следить за их военной подготовкой и полностью осуществлять гражданское управление по всей Кавказской линии. За 28 лет существования Кавказского линейного казачьего войска наказными атаманами здесь побывали генералы: Верзилин Петр Семенович (1832-1837), Николаев Степан Степанович (1837-1848), Круковский Феликс Антонович (1848-1852), Эристов Георгий Романович (1852-1855) и Рудзевич Николай Александрович (1855-1860).



Наказной атаман Кавказского линейного казачьего войска имел право вмешиваться в станичные дела, вплоть до смещения всех должностных лиц. Жестко регламентировалась и личная жизнь казаков. для заключения брака необходимо было разрешение начальника станицы, им же выдавались и удостоверения на брак и на погребение. Об этих действиях, как и о любых других станичных событиях, необходимо было регулярно докладывать атаману войска.
Окончательное включение некогда вольных казачьих войск в государственную систему Российской империи повлекло за собой более четкую регламентацию казачьей жизни.
В 1835 году было принято «Положение об управлении Войском Донским» в котором определялись понятия и функции военной власти (Войсковое дежурство во главе с начальником штаба) и гражданской власти (Войсковое правление). Обе структуры подчинялись наказному атаману.
Государственной властью была сделана попытка трансформации норм обычного общинного права. Так, по новому «Положению» сохранялось казачье самоуправление на уровне станицы. Три раза в год собирался станичный Круг для решения важнейших вопросов, Атаман и правление выбирались на три года открытым голосованием, в котором принимали участие не все казаки, но только хозяева домовладений. Этим же «Положением» закреплялась и система наделения казака земельным паем в размере 30 десятин, что давало казаку возможность снарядиться на службу за свой счет.
Войсковое правление состояло из четырех экспедиций: исполнительной, хозяйственной, поземельной, питейных сборов, а так же контрольного отделения. К войсковому правлению были причислены войсковое рекрутское присутствие, войсковая строительная комиссия и войсковая комиссия продовольствия. Этим же Положением учреждались гражданский, уголовный и коммерческий (по торговым делам) суды. В качестве отдельной структуры существовал приказ общественного призрения, который возглавлял наказной атаман. Приказ занимался богоугодными и учебными заведениями, войсковым госпиталем, аптекой и окружными лазаретами. В ведении войскового правления находились все врачебные заведения, штатные медицинские и ветеринарные врачи, повивальные бабки и лекарские ученики.
«Положение об управлении Войском Донским» легло в основу подобных «Положений» в отношении других казачьих войск. В 1845 году было разработано «Положение о Кавказском линейном войске», подготовленное генералами Николаевым и Хованским, которое было издано 14 февраля 1845 года. Это «Положение» определяло военное и гражданское устройство Кавказского линейного войска. По «Положению» войско в гражданском отношении отделялось от Кавказской области и получало свое внутреннее управление, а по военной части всем войсковым единицам определена была однообразная организация с равным распределением населения.
Народонаселение Кавказского линейного войска восставляли в основном линейные казаки и представители различных сословий и народов, зачисленные в войско до утверждения данного положения. Но интересы войны требовали форсированного роста численности войска, поэтому в отличие от других войск, где принимать переселенцев запрещалось, Кавказскому линейному казачьему войску разрешался прием, как говорилось в документе, в сословие. Ставка делалась в основном на представителей более или менее зажиточных слоев населения. В частности, на малороссийских казаков, государственных крестьян, мещан, вольноотпущенных, детей солдатских вдов, отставных солдат. Изъявившие желание вступить в войско распределялись войсковым начальством по полкам, нуждавшимся в людях и при свободных землях. В «Положении» подчеркивалось, что поступившие в войсковое сословие становятся казаками навсегда.
Кавказское линейное казачье войско просуществовало до 1860 года, когда 8 февраля 1860 года последовал царский указ о наименовании правого крыла Кавказской линии Кубанской областью, а левого – Терской. 23 мая последовал указ об именовании командующего войсками правого крыла Кавказской армии – Начальником Кубанской области, левого – соответственно, Терской, с сохранением по военной части званий Командующих войсками в Кубанской и Терской области расположенными. Кавказские казачьи войска, находившиеся на этих территориях, сводились в обособленные военные организации, получившие названия Кубанского и Терского казачьих войск.
Чтобы придать вновь образованным областям не только военное, но и гражданское значение, решено было обособить казачество. Так в 1861 году произошло четкое разделение границ между Кубанским и Терским казачьими войсками.
Наказным атаманом Терского казачьего войска был определен генерал-майор Х. Е. Попандопуло, который начал административное и хозяйственное устройство Терской области. Изменения в административном отношении повлекло за собой изменение в управление, как областями, так и казачьими войсками. Управление вновь созданным войском было разделено на военное и гражданское, в гражданском отношении управление Терским казачьим войском было слито с управлением остальным населением Терской области.

28 марта 1863 года император Александр II назначил начальником Терской области генерал-лейтенанта М. Т. Лорис-Меликова, которому предстояло решить ряд важных задач, связанных, в первую очередь, с проведением в жизнь общегосударственных реформ, затрагивающих как интересы казачьего, так и не казачьего населения, проживающего на данной территории.



Наиболее серьезные преобразования начались с 1865 года, когда управление Терским казачьим войском и управление Терской областью было сосредоточено в одном лице, обязанности наказного атамана Терского казачьего войска стал исполнять начальник Терской области. В военном отношении войско по-прежнему подчинялось Военному Министерству. А наказной атаман подчинялся непосредственно Главнокомандующему Кавказской армией.
Впоследствии институт наказных атаманов продолжил свое функционирование вплоть до 1917 года. После М. Т. Лорис-Меликова в 1875 году эту должность исполнял генерал-лейтенант Александр Павлавич Свистунов.
С 1883 года по 1887 год – генерал-лейтенант Евгений Корнильевич Юрковский.
С 1887 года по 1890 год – генерал-лейтенант Алексей Михайлович Смекалов.
С 1890 года по 1899 год – генерал-лейтенант Семен Васильевич Каханов.
С 1899 года по 1905 год – генерал-лейтенант Сергей Евлампиевич Толсов.
С 1905 года по 1908 год – генерал-лейтенант Алексей Михайлович Колюбакин.
С 1908 года по 1912 год – генерал-лейтенант Александр Степанович Михеев.
С 1912 года по 1917 год – генерал-лейтенант Сергей Николаевич Флейшер.
И только после февральской революции в марте 1917 года были впервые за почти два века проведены выборы Войскового атамана демократическим путем.

Кандидат исторических наук Эдуард Бурда

На фото 1 - Георгий Романович Эристов.
На фото 2 - Михаил Тариэлович Лорис-Меликов.
Категория: Мои статьи | Добавил: eduardburda (10.05.2019)
Просмотров: 1297 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar