Разделы
Категории раздела
Помощь сайту
Поиск
Поделиться
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

Николай Голубов – свой среди чужих, чужой среди своих
Николай Голубов – свой среди чужих, чужой среди своих

Донской казак Николай Матвеевич Голубов вошел в историю как один из первых на Дону, перешедших на сторону Советской власти, но при этом до последнего вздоха сомневающийся в правильности сделанного им выбора и заклейменный как предатель и белыми и красными.
Николай Голубов родился в 1881 году в семье учителя, родового донского казака, дворянина Голубова Матвея Матвеевича в городе Новочеркасске. По достижению 8 лет Николай был отдан в подготовительный класс казенной гимназии в станице Каменской, по окончании которого продолжил обучение в гимназии на основном отделении.
Отучившись два года в гимназии, после сдачи вступительных испытаний был переведен в Донской имени Александра III кадетский корпус на казенный кошт. По окончании кадетского корпуса в 1889 году поступил в Михайловское артиллерийское училище, по окончании которого 13 августа 1901 года был произведен в хорунжие, со старшинством с 9 августа 1900 года.
На 1902 год Николай Голубов службу проходил младшим офицером в 3-й Донской казачьей батареи. В 1903 году был переведен в той же должности в 20-ю Донскую казачью батарею. Слыл отличным кавалеристом. Не упускал возможности принять участие в соревнованиях по скаковому спорту на собственном вороном жеребце «Сант-Яго», часто побеждал и получил несколько престижных призов.
С началом русско-японской войны изъявил желание добровольно принять участие в ней. Так как офицерских вакансий в отправляемых на войну батареях не было, Николай Голубов перевелся в 19-й Донской казачий полк 4-й Донской казачьей льготной дивизии. Однако, вскоре не ужившись с командиром полка войсковым старшиной Павлом Григорьевичем Пахомовым, перевелся в 26-й Донской казачий полк, командиром которого был полковник Багаев Михаил Васильевич.
По прибытии в Манчжурию Николай Матвеевич Голубов в первых же боях приобрел репутацию одного из лучших офицеров-разведчиков. Вот как описывает участие Голубова в одном из сражений полковник Генерального штаба, казак станицы Гундоровской Эраст Эрастович Шляхтин. «…Передам то, что мне рассказывал генерал-адъютант Константин Клавдиевич Максимович о трех лихих донских артиллеристах: Полковникове, Голубове и Каменеве, которые, желая во что бы то ни стало отправиться на японскую войну, когда уходила на Дальний Восток из Новочеркасска 4-я донская казачья дивизия второй очереди с двумя батареями, устроились как кавалеристы в один из полков, так как в батареях свободных вакансий не бы¬ло. На войне посылают их как-то втроем на разведку, три разъезда силою в 12-15 коней каждый. Идут сначала некоторое время вместе, а потом где-то должны были разойтись, каждый по своему направлению. Дозорный далеко впереди машет папахой. Останавливаются и только сами втроем быстро вылетают на курган, видят в бинокль идущий в их направлении японский эскадрон. Мгновенно принято решение: Полковников медленно строит лаву и, не торопясь, идет на эскадрон с фронта, Каменев скрытно бросается вправо, чтобы потом атаковать противника с фланга, а Голубов летит влево за буграми, чтобы выйти в тыл. Японцы, увидев лаву Полковникова, разворачиваются и идут на него в атаку, а увидев появившегося слева Каменева, не растерялись, выделили против него взвод, но когда в тылу с развевающимися кудрями появился потерявший папаху Голубов и с гиком летящими казаками, эскадрон не выдержал, быстро повернул кругом и ускакал. Окончили они войну разочарованными: их, артиллеристов, мало оценили в казачьем полку и, кроме того, они немного бунтовали, видя некоторые «хозяйственные неполадки» в полках….».
За боевые отличия в ходе русско-японской войны Николай Матвеевич Голубов был награжден орденами Святой Станислава III степени с мечами и бантом и Святого Владимира IV степени с мечами и бантом, а также был произведен в сотники.
Одновременно со славой лихого офицера-разведчика сотник Голубов приобрел и славу дебошира и скандалиста из-за пьяных драк в ресторанах и притонах Харбина. Уйти в отставку по окончании войны ему также пришлось из-за скандальной выходки во время награждения бронзовой медалью «В память русско-японской войны 1904-1905 гг.». Так при получении медали в ведомости он расписался: «За позор России и армии, награду получил. Сотник Голубов».
Оказавшись вне строя, Николай Матвеевич в 1908 году решил получить высшее образование и поступил на горное отделение Томского Технологического института. Чтобы платить за учебу ему приходилось подрабатывать летом. При этом Голубов брался за любую работу, сколь бы она была не престижна или тяжела. За пять лет обучения его трижды исключали из института из-за вовремя не внесенных денег за обучение и дважды за неуспеваемость.
В 1910 году студент Голубов примкнул к академической корпорации студентов-технологов. «Академистами» в то время называли российских студентов придерживающихся правонационалистических и промонархических взглядов, которые считали, что политике не место в университетах, там должен царить «чистый академизм».
16 апреля 1912 года Николай Матвеевич во главе представителей томской студенческой «академической корпорации» потребовал в редакции газеты «Сибирская жизнь» опубликовать опровержение одной из заметок. Заметка касалась студентов «академистов» из Юрьевского университета и воспитанниц Донского института благородных девиц. Редактор газеты Михаил Бейлин отказался печатать опровержение и попытался выйти из кабинета. Голубов перегородил ему путь и дважды успел ударить его палкой по голове, пока сопровождавшие «академисты» не повисли у него на руках, прекратив тем самым избиение редактора. Разгорелся скандал – Голубова сначала исключили из академической корпорации студентов-технологов, а потом и из института.
В том же 1912 году вспыхнула война Балканского союза (Болгарское царство, Королевство Греция, Королевство Сербия, Королевство Черногория) с Османской империей и бывший студент Голубов добровольцем отправился воевать за братьев славян. В Болгарской армии Николай Матвеевич командовал батареей. За отменную храбрость он был награжден орденом «За военные заслуги». Позже, после вступления Болгарского царства в Первую мировую войну на стороне блока Центральных держав Голубов демонстративно вернул орден Болгарскому царю Фердинанду I.
С объявленной всеобщей мобилизации в июле 1914 года сотник запаса Голубов вновь поступает на службу в 27-й Донской казачий полк. С первых дней Первой мировой войны он вместе с полком воюет на Западном фронте и уже 19 августа 1914 года у деревни Леоново получает свое первое ранение. В феврале 1915 года получил тяжелую контузию, после которой в течение нескольких месяцев проходил лечение в одном из тыловых лазаретов.
Вернувшись в строй из лазарета, Николай Матвеевич сформировал из казаков-добровольцев 5-й Донской казачьей дивизии летучий партизанский отряд. Во главе партизанского отряда он неоднократно пересекал линию фронта и успешно действовал в тылу противника. За боевые отличия был произведен в подъесаулы и награжден орденом Святого Станислава II степени с мечами.
16 июля 1915 года во время боя подъесаул Голубов получил очередное ранение и был эвакуирован санитарным поездом в 4-й лазарет Московского автомобильного общества. Оправившись от ранения, был переведен командованием в 28-й Донской казачий полк, той же 5-й Донской казачьей дивизии. Во время так называемого Брусиловского прорыва, командуя сотней, 21 июня 1916 года получил четвертое по счету за время войны ранение. За боевые отличия Николай Матвеевич был произведен в есаулы и награжден орденом Святой Анны III степени с мечами и бантом. После излечения и выписки из лазарета был определен для дальнейшего прохождения службы в запасную батарею Донского казачьего войска и произведен в чин войскового старшины.
Во время февральской революции, находясь в Новочеркасске, войсковой старшина Николай Матвеевич Голубов возглавил группу казачьих офицеров, которая в ночь с 7 на 8 марта по заданию Донского исполнительного комитета с санкции Временного правительства сместила последнего царского Наказного атамана Войска Донского Михаила Николаевича Граббе и изгнала его из атаманского дворца. Затем с 26 мая по 18 июня 1917 года принимал участие в работе Первого Большого Войскового Круга на Дону.
14 июля 1917 года на областном военном съезде представителей пехотных и казачьих частей в Новочеркасске войсковой старшина Голубов был избран в областной военный комитет.
Во время корниловского выступления в конце августа 1917 года войсковой старшина Голубов по собственному почину, ссылаясь на приказ Временного правительства, попытался арестовать атамана Войска Донского генерала Алексея Максимовича Каледина. Однако сам тут же был арестован по распоряжению Войскового Круга, который чуть было не лишил Голубова казачьего звания. Но учитывая его боевые заслуги, не стал этого делать. По ходатайству Войскового атамана Каледина Николай Матвеевич был отпущен из-под стражи.
Позднее, в середине осени 1917 года, будучи в Ростове-на-Дону по приказу помощника Войскового атамана Митрофана Богаевского войсковой старшина Голубов был арестован командующим Ростовским округом Области Войска Донского генералом Дмитрием Николаевичем Потоцким за «антиправительственную пропаганду» и препровожден в Новочеркасскую гауптвахту. В конце 1917 года, когда донская земля уже обагрилась кровью начавшийся Гражданской войны, Николай Матвеевич объявил, что хочет сформировать партизанский отряд для борьбы с большевиками и был тут же освобожден.
Оказавшись на свободе, Николай Матвеевич отправился в станицу Каменскую, где к тому времени уже прошел съезд фронтового казачества, который объявил себя властью на Дону и организовав Донской ревком. Появление освобожденного с гауптвахты Голубова изменило ситуацию кардинально. До него донревкомовские казаки вступать в бой с частями Донского Областного правительства не желали и отступали перед полковником Василием Чернецовым, стараясь не доводить дела до большой стрельбы. Губов же возглавив Северный отряд Донского казачьего Военно-революционного комитета, состоявшего из 10-го и 27-го Донских полков и убедив еще несколько казачьих частей присоединиться к его отряду, сумел поставить дело таким образом, что от решающего боя казаки уклоняться не стали. В результате Чернецов был пленен, а отряд его потерпел под Глубокой поражение.
После гибели полковника Чернецова от рук председателя донревкома Подтелкова казачьи отряды войскового старшины Николая Голубова объединившись с красногвардейскими частями Григория Петрова и Юрия Саблина, повели наступление на Новочеркасск.
29 января 1918 года Войсковой атаман Алексей Каледин собрал заседание правительства, на котором сообщил о решении командования Добровольческой армии покинуть Область Войска Донского и о том, что для защиты ее от большевиков на фронте у него остается лишь 147 бойцов. В тот же день генерал Каледин застрелился. На следующий день Войсковой Круг избрал генерала Анатолия Михайловича Назарова Войсковым атаманом.
12 февраля 1918 года красными казаками из состава полков № 2, 10, 27 и 44 войскового старшины Николая Матвеевича Голубова была без боя занята оставленная накануне Добровольческой армией и отрядом Походного атамана Петра Харитоновича Попова столица Области Войска Донского город Новочеркасск. Ворвавшись на заседание Малого круга, Голубов арестовал Войскового атамана Анатолия Михайловича Назарова и председателя Войскового Круга Евгения Андреевича Волошинова.
Один из очевидцев захвата Новочеркасска частями Красной гвардии В. Севский в № 7 «Донской волны» впоследствии написал: «…в февральские дни, когда в Новочеркасске грабили все, Голубов и Саблин были едва ли не единственными, у кого к рукам не пристала ни одна казачья копейка». Однако вступив в Новочеркасск, Николай Матвеевич в конюшне атаманского дворца в качестве военной добычи взял себе коня генерала Каледина.
Следом за казаками войскового старшины Голубова в город Новочеркасск прибыли чекисты и началась расправа с интеллигенцией и офицерами. Так, 18 февраля Войскового атамана Назарова, председателя правительства Волошинова и других представителей Донского Войскового правительства расстреляли. Такого поворота событий не ожидал даже Николай Матвеевич, его попытки с помощью подчиненных ему казаков, прекратить кровавые расправы, не смогли остановить набиравший обороты механизм большевисткого террора.
И хотя войсковой старшина Николай Матвеевич Голубов имел перед Советской властью немалые заслуги и мог, казалось бы, при ее становлении рассчитывать на самый высокий пост, в глазах захвативших власть в Донской Области большевиков он оставался чуждым классовым элементом. Он не вошел в состав Донского ВРК Голубов. Начальником казачьего отряда ВРК тоже не был назначен. Да и комендантом занятого Новочеркасска Голубов так же не стал, на эту должность Юрием Саблиным был определен начальник одной из красногвардейских колонн Медведев. При переезде Донревкома в Ростов и образовании Областного ВРК о Голубове также никто не вспомнил. Вместо этого Николая Матвеевича направили в погоню за отрядом Походного атамана генерала Петра Харитоновича Попова, ушедшего с небольшим отрядом в Сальские степи.
Во время преследование отряда генерала Попова войсковой старшина Голубов, сам того не осознавая, совершил перед донскими казаками еще одно преступление, он случайно обнаружил и захватил главу калединского Войскового правительства Митрофана Петровича Богаевского и доставил его в Новочеркасск. Ростовский областной военревком потребовал от Голубова выдать им Богаевского. Но Николай Матвеевич не ответил. Тогда его вызвали, якобы, для доклада, но он в Ростов также отказался ехать. Разглядев в действиях Николая Матвеевича проявление контрреволюции, донревком объявил его вне закона. К этому времени казачий Дон, доведенный до отчаяния действиями Красногвардейских отрядов в станицах, взялся за оружие.
Для усмирения посмевшего противится воле Областного ВРК войскового старшины, из Ростова в Новочеркасск была послана карательная экспедиция, состоявшая из матросов-анархистов.
27 марта 1918 года направленный из Ростова отряд матросов-анархистов прибыл в Новочеркасск и стал разгружаться на вокзале. Завязалась перестрелка, но казаков была горсть, и они вскоре отступили.
В городе появились конные матросы передового дозора, а вслед за ними по всем улицам стали продвигаться к центру и основные силы. Моряки располагали бронеавтомобилями, и даже артиллерией. Вскоре гауптвахта была окружена. Казаки 10-го Донского полка, бывшие в карауле, не оказали сопротивления и выдали матросам Митрофана Богаевского.
Войсковой старшина Голубов с винтовкой в руках, во главе трех-четырех десятков лично преданных ему казаков, отстреливался, сколько мог у Атаманского дворца. Но матросы подтягивались все в большем количестве, численное превосходство их стало подавляющим. Небольшой отряд Николая Матвеевича, продолжая отстреливаться, отступал по Московской улице и далее, к Собору. Ему с казаками удалось прорваться и покинуть город.
Выбравшись из Новочеркасска во главе взвода казаков, Голубов вновь действовал решительно и целеустремленно. Выход был только один: присоединиться к зарождающемуся восстанию, а если удастся, возглавить один из отрядов.
Голубов разъезжал по станицам, уговаривая казаков подняться и пойти на Новочеркасск. 29 марта 1918 года он прибыл в станицу Заплавскую и вместе с казаками станицы Богаевской. Здесь во время митинга, пытаясь оправдаться в гибели полковника Чернецова, атамана Назарова и Волошинова, был убит студентом Федором Федоровичем Пухляковым выстрелом из Нагана в затылок.

Кандидат исторических наук
Эдуард Бурда

Иллюстрации:
1. Николай Матвеевич Голубов
2. Художник Митрофан Борисович Греков. Казак с винтовкой
Категория: Мои статьи | Добавил: mamay69 (08.03.2022)
Просмотров: 8154 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar