Разделы
Категории раздела
Помощь сайту
Поиск
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

Первый Георгиевский кавалер Первой мировой войны Козьма Фирсович Крючков
Первый Георгиевский кавалер Первой мировой войны
Козьма Фирсович Крючков

Его портрет печатался на пачках папирос и обвертках карамели «Геройские», его именем был назван пароход, ходивший по Волге, петербургские красавицы специально ездили на фронт знакомиться со славным героем. Он смотрел с патриотических плакатов и лубочных картинок, с обложек журналов и с газетных страниц. Никто из простых казаков, ни до, ни после него, не был так стремительно вознесен на пьедестал всенародной славы как первый Георгиевский кавалер Первой мировой войны - Казьма Крючков.
Родился будущий народный герой в 1890 году на хуторе Нижнее-Калмыковском Усть-Хоперской станицы Усть-Медведицкого округа Войска Донского в семье родового казака-старообрядца Фирса Ларионовича Крючкова. Его отец не был небогат, занимался земледелием. Среди хуторян Крючкову пользовались заслуженной репутацией домовитых и религиозных хозяев.
Козьма Крючков не являлся физически сильным человеком, но был очень гибок, увертлив и настойчив. Всегда был первым во всех играх, требовавших ловкости. Образование получил в одноклассном начальном станичном училище. В детские и юношеские годы помогал отцу по хозяйству. В возрасте 18 лет он женился и к началу призыва на действительную службу уже был отцом двоих детей.
В 1909 году Козьма Фирсович был приведен к присяге и зачислен в приготовительный разряд. В январе 1911 года он был призван на действительную службу в 3-й Донской казачий полк имени Ермака Тимофеева. К началу Первой мировой войны Казьма Крючков уже имел чин приказного и в свои 24 года считался одним из наиболее опытных бойцов полка.
С началом боевых действий 1-я армия генерала Павла Карловича Ренненкампфа 4 августа начала наступление в пределы Восточной Пруссии, обходя действовавшую здесь 8-ю германскую армию севернее Мазурских озер. С юга обходное движение совершала 2-я армия генерала Александра Васильевича Самсонова.
В авангарде 1-й русской армии шла 3-я кавалерийская дивизия, в составе которой находился 3-й Донской казачий полк. Ее командир, чтобы выяснить обстановку перед своим полком, приказал выслать вперед несколько конных разъездов. Один из таких разъездов, состоящий из шести казаков, возглавил приказной 6-й сотни Козьма Крючков.
Казачий разъезд благополучно перешел границу Восточной Пруссии и оказался на неприятельской территории. На следующий день донцы обнаружили у одного из селений вражеский кавалерийский дозор из десяти всадников, а затем еще один, состоявший из 17 человек. Это свидетельствовало о том, что где-то поблизости располагался крупный отряд немецкой кавалерии. Появление русских конников германцы не заметили.
Крючков, отправив с донесением к командиру полка двух казаков, с оставшимися под его командованием тремя казаками — Василием Астаховым, Михаилом Иванковым и Иваном Щегольковым продолжил движение вперед, ведя разведку. Но неожиданно наткнулись на германский разъезд в числе 27 человек во главе с офицером и унтер-офицером. Козьма Крючков не видя другой возможности, решил принять бой.
Когда неприятельские кавалеристы приблизились, донцы обстреляли немцев из винтовок, после чего, бросились на них в лихую атаку. В ходе боя, увертываясь от неприятельских ударов, Крючков намного опередил своих и оказался окруженным 11-ю немецкими кавалеристами.
Впоследствии Козьма Крючков так описал тот бой: «… Не чая быть живым, я решил дорого продать свою жизнь. Лошадь у меня подвижная, послушная. Хотел было пустить в ход винтовку, но второпях патрон заскочил, а в это время немец рубанул меня по пальцам руки, и я бросил винтовку. Схватился за шашку и начал работать. Получил несколько мелких ран. Чувствую, кровь течет, но сознаю, что раны неважныя. За каждую рану отвечаю смертельным ударом, от которого немец ложится пластом навеки. Уложив несколько человек, я почувствовал, что с шашкой трудно работать, а потому схватил их же пику и ею по одиночке уложил остальных. В это время мои товарищи справились с другими. На земле лежали двадцать четыре трупа, да несколько нераненых лошадей носились в испуге. Товарищи мои получили легкие раны, я тоже получил шестнадцать ран, но все пустых, так – уколы в спину, в шею, в руки. Лошадка моя тоже получила одиннадцать ран, однако я на ней проехал потом назад шесть верст».
Согласно официальным отчетам и наградным документам, Крючков лично зарубил и заколол пикой 11 человек, получил 16 колотых и рубленых ран сам, и 11 досталось его лошади по кличке «Костяк» бурой масти. Из 27 немецких кавалеристов 24 были убитыми тяжело ранены из них 19 непосредственно во время кавалерийского боя. Подвиг Козьмы Фирсовича был подтвержден его сослуживцами Василием Астаховым, Михаилом Иванковым и Иваном Щегольковым.
О громком подвиге донского казака и трех его боевых товарищей узнала с газетных и журнальных страниц вся действующая русская армия и вся Россия. Пожалуй, летом 1914 года никто из героев-фронтовиков не пользовался среди соотечественников такой популярностью, как Кузьма Крючков.
Приказом № 37 от 11 августа 1914 года Кузьма Фирсович Кручков бы награжден Георгиевским крестом 4-й степени за № 5501. А наградил его в госпитале не кто-нибудь, а сам командующий армией генерал-адъютант Ренненкампф, талантливый кавалерийский командир, проявивший себя еще в 1900 году в Маньчжурии, и прекрасно знавший толк в кавалерийской рубке. Такие же боевые награды получили и казаки Василий Астахов, Михаил Иванкин и Иван Щегольков.
Командующий 1-й армией генерал Павел Карлович Ренненкампф телеграфными строками поздравил наказного атамана Войска Донского с героическим поступком казака-донца. И сообщил, что он первым среди армейских нижних чинов награжден Георгиевским крестом 4-й степени. После излечения в госпитале георгиевскому кавалеру был предоставлен заслуженный краткосрочный отпуск с отъездом на родину.
По возвращению из отпуска ему присвоили «привилегированную» должность начальника конвоя при штабе дивизии. Современники героя рассказывали, что ему приходили на службу сотни писем, а штаб был буквально заполнен продовольственными посылками. В Москве Козьма Крючков в качестве подношения получил шашку в серебряной оправе, а в Петербурге ему преподнесли тот же подарок, но уже в золотой оправе. Слава не вскружила ему голову. Спустя некоторое время Крючкову стала претить «показушная» служба при штабе, и он вновь попросился на фронт. Просьба его была удовлетворена, и он вновь возвратился в свой 3-й Донской казачий полк, к тому времени переведенный на Румынский фронт, где исправно воевал до окончания войны.
На Румынском фронте Козьма Фирсович удостоился звания вахмистра, а прибывший в полк командир дивизии лично пожал ему руку и сообщил, что гордится тем, что в его полку служит такой смелый и храбрый воин. Спустя некоторое время Крючкому доверяют командовать сотней.
Ну а воевал Крючков, как и прежде, лихо, постоянно проявляя свою незаурядную храбрость, за что был 2 декабря 1916 года награжден Георгиевским крестом III степени № 92481 и двумя Георгиевскими медалями «За храбрость». Участвуя в больших и малых сражениях, он получил три ранения, одно из которых было опасным. Находясь на излечении в госпитале города Ростова, у него украли Георгиевские награды и шашку в золотой оправе. Об этом инциденте на рубеже 1916-1917 годов писали все ростовские газеты. Это был, так сказать, последний газетный всплеск интереса к Козьме Крючкову.
После февральской революции Крючков, к тому времени уже дослужившийся до чина подхорунжего, был избран председателем полкового комитета, а после развала фронта в результате «революционной пропаганды» в декабре 1917 года вместе с полком вернулся на Дон. Но мирной жизни у казаков не получилось и на родной земле.
В начале 1918 года к Дону докатились отряды Красной гвардии, отступавшие от кайзеровских войск. Каждая проходившая часть накладывала, так называемые «контрибуции» на станицы, реквизировала лошадей, продовольствие. Начались необоснованные расстрелы казаков. Сформированные комитеты деревенской бедноты, опираясь на штыки красногвардейцев, грабили и самовольничали в станицах. Но казаки, разоруженные и деморализованные, все еще не решались поднять борьбу против захватившей на Дону власти большевиков.
Первые четыре месяца 1918 года борьбу с большевиками, наступающими на Ростов, Таганрог и Новочеркасск, вели одни партизанские отряды. К концу апреля к одному из таких партизанских отрядов и примкнул Козьма Крючков.
К началу мая на землях Войска Донского вспыхнуло восстание, и строевые казаки взялись за оружие. 10 мая 1918 года в 4 часа утра группа усть-хоперцев под командованием Козьмы Фирсовича Крючкова налетела на красные пикеты станицы Усть-Медведицкой. Вооружаясь отбитым оружием, казаки под общим командованием подъесаула Алексеева вышибли из станицы отряды бывшего войскового старшины Филиппа Козьмича Миронова.
Газета «Донская волна» в те дни писала: «…при вторичном взятии Усть-Медведицкой отличился герой последней войны с германцами казак станицы Усть-Хоперской Козьма Крючков, снявший пост красных в шесть человек». За боевые отличия во время восстания против большевиков Козьма Фирсович Крючков был произведен в офицерский чин – хорунжие. При организации Донской армии хорунжий Крючков был определен в 13-й конный полк Усть-Медведицкой конной дивизии. Во второй половине 1918 года Кузьма Крючков участвовал во многих боях на Северном Дону. В 1919 году отличился в ходе наступления деникинских войск.
В августе 1919 года начался отход Донской армии. Козьма Крюков командовал одним из подразделений арьергарда Донской армии, удерживая наседавших кранных в районе станицы Островской, деревни Лопуховка и села Громки Саратовской губернии, близ моста через реку Медведицу. Здесь 18 августа 1919 года во время обороны этого моста Козьма Фирсович получил смертельное ранение в живот пулеметной очередью. Сослуживцы тут же вынесли его из-под огня. На попытку доктора сделать перевязку Крючков мужественно сказал: «Доктор, не потрите бинтов, их и так мало… а я уже отвоевался». Спустя полчаса хорунжий Козьма Фирсович Крючков умер. Он был похоронен на кладбище родного хутора.
Генерал-майор Александр Васильевич Голубинцев во время Первой мировой войны командовавший 3-м Донским казачьим полком, уже будучи в эмиграции писал: «Около 1 августа наша дивизия занимала участок по реке Терсе в районе сел Терсинка, Разловка, Сосновка. Отступление на нашем и соседних участках было не столько под давлением противника, сколько по стратегическим соображениям. Таким образом, отступая, обороняясь и переходя в контратаки, неся потери и часто захватывая трофеи и пленных, Усть-Медведицкая конная дивизия, прикрывая отход Донской армии, постепенно отходила к Дону. В этот период отхода следует отметить удачные бои нашей дивизии у села Лопуховки, у слободы Ореховки и особенно блестящее дело 8 августа у станицы Островской, где Усть-Хоперская дивизия, совместно с Атаманской конной бригадой генерала Каключина, переброшенной с Кавказской армии на правый берег Медведицы, нанесли сильный удар красным, чем значительно облегчили тяжелое положение группы генерала Покровского, отходившего правее нас. В начале августа в районе села Громки был убит состоявший в 13-м конном полку Усть-Медведицкой дивизии хорунжий Кузьма Крюков, популярный во всей России герой Первой мировой войны, казак 3-го Донского казачьего Ермака Тимофеева полка императорской армии».
Прошло сто лет с начала Первой мировой войны и 14 ноября 2014 года в МБОУ средней общеобразовательной школы № 19 города Новочеркасска был открыт первый памятник Козьме Крючкову. А 19 августа 2019 года в Серафимовичском районе Ростовской области на месте хутора, где родился и был похоронен Козьма Фирсович, установили мемориальную плиту легендарному земляку и поклонный крест.

Кандидат исторических наук
Эдуард Бурда

Иллюстрации:
1. Портрет донского казака Козьмы Фирсовича Крючкова.
2. Геройский подвиг Донского казака Козьмы Крючкова. Плакат Первой мировой войны.
3. Козьма Фирсович Крючков.
4. Первая полоса газеты Искры с портретом Козьмы Крючкова.
5. Художник Ромасюков Андрей. Донской казак Козьма Крючков.
Категория: Мои статьи | Добавил: mamay69 (18.12.2023)
Просмотров: 277 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0