Разделы
Категории раздела
Помощь сайту
Поиск
Поделиться
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

Полковник Чернецов
Полковник Чернецов

Организатор и командир первого белого партизанского отряда в годы Гражданской войны родился 22 марта 1890 года в станице Усть-Белокалитвенской Донецкого округа Области Войска Донского в казачьей семье. Отец – родовой казак Чернецов Михаил Иосифович был ветеринарным фельдшером в станице Усть-Белокалитвенской. Мать – Акилина Иосифовна из старинного казачьего рода Бородиных.
Среднее образование Василий Чернецов получил в Каменском реальном училище, окончил которое в 1907 году и поступил в Новочеркасское казачье юнкерское училище. По окончании юнкерского училища 6 августа 1909 года был выпущен хорунжим в 9-й Донской казачий полк.
5 октября 1913 года Василий Чернецов «за выслугу лет» был произведен в чин сотника, со старшинством с 6 августа и переведен на льготу. Высочайшим приказом 6 мая 1914 года был награжден Орденом Святого Станислава III степени.
С началом «Великой» войны, получившей впоследствии название Первой мировой, по мобилизации сотник Чернецов был определен в 26-й Донской казачий полк входивший в 4-ю Донскую казачью дивизию. На полях сражений Василий Михайлович выделялся отвагой и бесстрашием, и считался лучшим офицером-разведчиком дивизии.
Первое ранение сотник Чернецов получил у деревни Лехово 20 ноября 1914 года. Второе ранение им было получено 27 февраля 1915 года у деревни Александрово.
За отличие по службе и личную храбрость Василий Михайлович Чернецов был Высочайшим приказом от 3 февраля 1915 года награжден Орденами Святого Станислава II степени с мечами и Святой Анны III степени с мечами и бантом. А 27 августа 1915 года был награжден Высочайшим благоволением.
В 1915 году главнокомандующий Великий князь Николай Николаевич, по примеру 1812 года, повелел создать партизанские отряды. В условиях позиционной войны, специально создаваемые при кавалерийских и казачьих дивизиях партизанские сотни, были наиболее активными и результативными боевыми частями. Как бесстрашный офицер сотник Василий Чернецов 30 августа 1915 года был назначен командиром сводной партизанской сотни 4-й Донской казачьей дивизии. Возглавляемая Чернецовым сотня действовала успешно и рядом блестящих дел покрыла себя и своего молодого командира не только неувядаемой славой, но и способствовала продвижению по службе. Так, «за воинскую доблесть и боевые отличия» Чернецов в 1916 году был произведен в подъесаулы, со старшинством с 13 августа 1915 года, и есаулы, со старшинством с 20 февраля 1916 года.
За нападение с сотней на немецкие позиции у деревни Гривнек 24 января 1916 года Василий Михайлович был награжден Георгиевским оружием с надписью «За храбрость». В наградном документе так был описан этот подвиг: «Командуя сотней партизан и получив приказание атаковать сильно укрепленную позицию, не взирая на губительный огонь, преодолевая с большим трудом проволочные заграждения, с криком «ура» ворвался в немецкие окопы, где, работая штыками, ручными гранатами и в рукопашную, быстро покончил с ротой противника, которая большей частью была переколота и только небольшой части удалось бежать, а 12 челок взяты в плен».
Затем последовал Высочайший приказ от 5 мая 1916 года, когда есаул Чернецов был награжден Орденом Святого Равноапостольного князя Владимира IV степени с мечами и бантом, а 31 мая 1916 года приказ о награждении Орденом Святой Анны IV степени с надписью «За храбрость».
12 августа 1916 года есаул Чернецов получил третье, более серьезное ранение. После госпиталя Василий Михайлович больше на фронт не попал, а был назначен командиром 39-й особой сотни, с которой нес службу в Макеевском угольном районе, сдерживал столкновения между шахтерами и администрацией шахт и одновременно исполнял обязанности Коменданта Макеевских рудников.
С весны 1917 года Василий Михайлович активно включился в политику. Летом он был избран депутатом Макеевского Совета от казаков. Затем от родной станицы Усть-Белокалитвенской делегатом на Большой Войсковой Круг. На Круге он занял более решительную позицию, чем большинство делегатов. Так, когда Круг признал власть Временного правительства, и вынес резолюцию о том, чтобы Временное правительство оградило страну от анархии и разрухи, Чернецов предложил дополнить эту резолюцию указанием о том, что Войско Донское готово оказать реальную поддержку Временному правительству. Однако эта поправка не была принята, поскольку Круг отнесся к ней не сочувственно.
Когда в Петрограде, а затем в Москве произошел большевистский переворот Донской Войсковой атаман Алексей Максимович Каледин заявил, что не признает власти большевиков, которые на протяжении всей Первой мировой войны активно агитировали за поражение России. На Дон стали пробираться с севера и центра добровольцы, пожелавшие с оружием в руках бороться с узурпировавшими власть в стране большевиками. Генерал Михаил Васильевич Алексеев со 2 ноября 1917 года начал формирование Алексеевской организации вскоре, после прибытия из Быховского заключения генералов Лавра Георгиевича Корнилова и Антона Ивановича Деникина, превращенной в Добровольческую армию. Атаман Каледин, будучи убежденным противником демократизации армии, рассчитывал опереться на казачьи дивизии, возвращавшиеся с фронтов домой. Однако царившая на фронтах Первой мировой войны после февральского государственного переворота, названного революцией, атмосфера всеобщего разложения в конце концов затронула и казачьи полки. Навоевавшиеся за почти четыре года, утратившие всякие ориентиры казаки разбредались по домам. Оборона Дона легла на добровольческие отряды, в основном на скорую руку сформированные из учащийся молодежи. Юнкера Новочеркасского училища, кадеты, гимназисты, учащиеся реальных училищ, семинаристы и прибывшие с севера и центра добровольцы.
Самым активным организатором такого отряда стал Василий Михайлович Чернецов, чей партизанский отряд стал едва ли не единственной действующей силой атамана Каледина.
Во время формирования своего отряда в конце ноября 1917 года, на собрании офицеров в Новочеркасске, есаул Чернецов обратился к ним со следующими словами: «Я пойду драться с большевиками, и если меня убьют или повесят «товарищи», я буду знать, за что; но за что они вздернут вас, когда придут?». Но большая часть слушателей осталась глуха к этому призыву: из присутствовавших около 800 офицеров сразу записалось только 27 человек. Василий Михайлович возмутился: «Всех вас я согнул бы в бараний рог, и первое, что сделал бы, - лишил содержания. Позор!». После этой горячей речи записалось еще 115 человек. Однако на следующий день, на фронт к станции Лихая отправилось только 30 человек, остальные «Господа офицеры» предпочли не рисковать своими жизнями.
Отряд есаула Чернецова в 140 человек, организованно разделенный на 4 взвода, вышел из Новочеркасска 30 ноября 1917 года и вел боевые действия против Красногвардейских частей на всех угрожаемых направлениях, за что получил прозвище донской «кареты скорой помощи». Так в начале декабря 1917 года, сразу же после сформирования, отряд двинулся по железной дороге и на север, и занял крупнейший в области шахтерский поселок Александровск-Грушевский. Затем отрядом были взяты железнодорожные станции Горная и Щетово.
В ходе боев отряд пополнялся новыми добровольцами, и вскоре его численность превысила 200 человек, что позволило сформировать 3 сотни и офицерский взвод.
После взятия станции Щетово примерно три недели, с первых чисел декабря и до самого Рождества, больших боев не было. Большевики подтягивали силы к границам Области Войска Донской. С севера – от Воронежа на Чертково выдвинулся отряд Григория Константиновича Петрова – примерно 3000 штыков при 40 пулеметах и 12 орудиях. Из Харькова в Донецк выдвинулся отряд Рудольфа Фердинандовича Сиверса – примерно 1200 штыков, 100 сабель 14 пулеметов, 6 орудий, который в Донецке соединился с местными отрядами Красной гвардии. В Луганске расположился отряд Юрия Владимировича Саблина – примерно 1900 штыков, 4-орудийная батарея и 8 пулеметов.
В конце декабря 1917 года командующий красногвардейскими войсками Владимир Александрович Антонов-Овсеенко решил нанести удар по Области Войска Донского по сходящимся линиям железных дорог. Отряд Григория Петрова должен был наступать вдоль железной дороги от Воронежа через Чертково на Миллерово, но у Чертково увяз в переговорах с разлагающимися донскими регулярными полками, возвращающимися с фронта. Отряд Юрия Саблина от Луганска должен был выйти по железной дороге на станцию Лихая в самом центре Области Войска Донского. Отряд Рудольфа Сиверса должен был двигаться по параллельной ветке железной дороги из Никитовки на Дебальцево, Щетово, Зверево. Этими ударами отряды Сиверса и Саблина разрезали бы Область пополам.
Однако Красногвардейский отряд Сиверса ввязался в бои с 46-м Донским полком и увлекаемый этими боями отклонился от линии Дебальцево и Зверево на юг по направлению к Таганрогу. Воспользовавшись образовавшимся разрывом, Донское командование нанесло удар между отрядами Сиверса и Саблина, на важную узловую станцию Дебальцево.
Дело обстояло так: 25 декабря 1917 года, в первый день Рождества, партизанский отряд Василия Михайловича Чернецова занял станцию Колпаково. На следующий день от Колпаково на Дебальцево была послана конная разведка. 27 декабря отряд в составе эшелона выдвинулся из Колпаково в Дебальцево. Не доехав до светофора, отряд выгрузился и цепью двинулся на станцию. Красногвардейцы, застигнутые врасплох, открыли огонь, когда чернецовцы уже вплотную подошли к станции. После 20 минут перестрелки и подавления огнем партизанской артиллерии пулеметной точки, станция была взята. Находившиеся на ней красногвардейцы были полностью разгромлены и разбежались. Было захвачено 5 пулеметов, вагон винтовок, и большое количество патронов.
После захвата отрядом Чернецова станции Дебальцево на нее прибыли, посланные Донским военным командованием две сотни 1-го, сотня 58-го Донских полков, пулеметная команда 17-го Донского полка, и артиллерийский взвод, которым была поставлена задача дальнейшей обороны станции.
Как впоследствии в своих воспоминаниях запишет генерал Антон Иванович Деникин: «В личности этого храброго офицера сосредоточился как будто весь угасающий дух донского казачества. Его имя повторяется с гордостью и надеждой. Чернецов работает на всех направлениях: то разгоняет совет в Александровске-Грушевском, то усмиряет Макеевский рудничный район, то захватывает станцию Дебальцево, разбив несколько эшелонов красногвардейцев и захватив всех комиссаров. Успех сопутствует ему везде, о нем говорят и свои и советские сводки, вокруг его имени родятся легенды, и большевики дорого оценивают его голову».
После Нового года чернецовцы были отведены в столицу Области Войска Донского город Новочеркасск. С 5 января 1918 года бойцы отряда несли в городе караульную службу, сменив студенческую дружину. Отряду придана 4-я рота Офицерского батальона Добровольческой армии в количестве 50 штыков под командованием подполковника Морозова.
Потерпев неудачу в попытке молниеносного захвата территории Области Войска Донского с помощью вооруженной силы, большевики изменили тактику и стали действовать по принципу «разделяй и властвуй». Действуя с помощью своих агитаторов и провокаторов большевики стали внедрять в казачью среду идеи о том, что власть в Области Войска Донского должна принадлежать рядовым казакам, а не офицерам, что большевики воюют не с простыми казаками, а только с офицерами, что если казаки свергнут Войсковое правительство и создадут свой казачий революционный комитет, то война прекратится. Как следствие данной политики 10 января 1918 года по инициативе дивизионного комитета 5-й Донской дивизии в станице Каменской собрался съезд фронтового казачества, который объявил себя властью на Дону и организовав Донской ревком во главе с его председателем Федором Григорьевичем Подтелковым. В тот же день от имени донревкома 8-й и 43-й казачьи полки захватили важнейший в Области железнодорожный перегон между узловыми станциями Зверево и Лихая.
После того, как посланный атаманом Калединым 10-й донской казачий полк не справился с задачей разгона съезда и ареста, большевистских агитатором, против них 11 января 1918 года был направлен чернецовский отряд и приданная ему 4-я рота Офицерского батальона под командованием подполковника Морозова. В тот же день отряд Чернецова без боя занял Александровск-Грушевский, Сулин, Горную и станцию Черевково.
На узловой станции Зверево находились эшелоны 8-го и 43-го казачьих полков, а также сотня 2-го Донского запасного полка, наиболее преданного донревкому. Чтобы взять эту станцию Чернецову потребовалась артиллерия, для чего вечером 12 января Василий Михайлович вернулся в Новочеркасск и уговорил командующего Добровольческой армией генерала Лавра Георгиевича Корнилова передать ему взвод Сводной Михайловско-Константиновской батареи.
Усиленный 2 орудиями отряд Чернецова отчаянным рейдом захватил узловые станции Зверево и Лихую. Здесь планировалось оставить офицерскую роту, чтобы прикрывать ветку на Украину, на станцию Дуванная. За взятие Лихой командир партизанского отряда Василий Михайлович Чернецов был произведен «через чин» атаманом Алексеем Максимовичем Калединым в полковники, а вся 1-я сотня его отряда награждена Георгиевскими медалями «За храбрость».
15 января в 6 часов вечера на станции Зверево со стороны Харькова вышла большевистская колонна с блиндированным поездом. Чернецовцы и подошедший им на помощь из Новочеркасска взвод 1-го Офицерского батальона отбивали атаки пулеметным огнем. В 10 часов вечера, когда пулемет заклинило, забрав с собой раненых, прорвались сквозь охватившие Зверево большевистские цепи и ушли на станцию Черевково, к Новочеркасску.
16 января бой за Зверево возобновился. Чернецов с 4-й офицерской ротой и 1 орудием капитана Шперлинга вернулся от Лихой. С юга от станции Черевково наступал подошедший из Новочеркасска весь 1-й Офицерский батальон. В тот день Василий Михайлович Чернецов вновь взял Зверево.
Утром 17 января отряд Чернецова практически без боя занял оставленную красными частями донревкома станицу Каменскую. Казачье население встретило чернецовцев весьма дружелюбно, молодежь записывалась в отряд, бывшие в станице офицеры сформировали дружину, дамским кружком на вокзале был устроен питательный пункт.
Однако в тыл отряду Чернецова тут же вышли красногвардейские отряды Юрия Саблина, предварительно перерезав железную дорогу и сбив одну роту заслона. Полковник Чернецов развернул свой отряд и атаковал превосходящие силы Красной гвардии: 3-й Московский красный полк был разгромлен чернецовцами, а Харьковский полк основательно потрепан. Краском Юрий Саблин был вынужден отступить. В результате боя чернецовцы захватили вагон со снарядами, 12 пулеметов, противник потерял более ста человек убитыми. Но также велики были потери и у партизанского отряда, в том числе был ранен помощник Чернецова – поручик Василий Курочкин.
Донревком без всяких оговорок признал власть большевиков и срочно запросил помощь у Москвы. Бежавшими из станицы Каменской красными донскими полками был назначен командовать войсковой старшина Николай Матвеевич Голубов, организовавший боеспособное соединение на базе 27-го Донского полка. Однако Чернецов, после военного совета, где решено было взять станцию Глубокую, совершил обход Глубокой и, атаковав ее из степи, а не по линии железной дороги, как этого ожидал Голубов, опять одержал победу. На этот раз трофеями донских партизан стали пушки и обозы красногвардейцев.
На просьбу Донского ревкома о помощи большевики прислали Воронежский полк Григория Петрова, который объединился с силами Николая Голубова. Против этих сил 20 января из станицы Каменской начался последний поход полковника Василия Михайловича Чернецова. По плану, командир с сотней своих партизан, офицерским взводом и одним орудием должен был обойти станцию Глубокую, а две сотни с оставшимся орудием штабс-капитана Александра Шперлинга под общим командованием Романа Лазарева должны были ударить в лоб.
На этот раз Чернецов переоценил свои силы и силы своих партизан: вместо выхода к месту атаки в полдень заплутавшие в степи партизаны вышли на рубеж атаки только к вечеру. Не привыкший останавливаться Василий Михайлович решил, не дожидаясь утра, атаковать станцию с ходу. Однако атака партизан на станцию захлебнулась. Орудие было подбито вражеским огнем, а все три пулемета заклинило.
В темноте вокруг Чернецова собралось около 60 партизан из полутора сотен атаковавших станцию Глубокую. Исправив свое орудие, чернецовцы стали отходить к Каменской. Перед началом движения Василий Михайлович приказал дать несколько залпов из орудия по окраине Глубокой, несмотря на предупреждение командира артиллеристов подполковника Дмитрия Миончинского о том, что уйти от красной конницы будет очень затруднительно. Вскоре путь отступления был перерезан казаками войскового старшины Голубова. Три десятка партизан полковника Чернецова при одном орудии приняли бой против пяти сотен конницы.
Раз за разом партизаны и юнкера-артиллеристы залпами отражали кавалерийские атаки казаков Голубова. Чернецов разрешил юнкерам-артиллеристам покинуть отряд, и они во главе с подполковником Дмитрием Миончинским на конях сумели вырваться из окружения. Сам же Василий Михайлович в ходе боя был ранен и с частью своего отряда попал в плен к Голубову.
Вскоре после боя Голубов получил известие о том, что чернецовцы со стороны Каменской продолжают наступление. Угрожая всем пленным смертью, Голубов заставил Василия Чернецова написать приказание об остановке наступления, после чего развернул свои полки в сторону наступавших партизан и отбыл, оставив с пленными небольшой конвой. Однако прибывший на место боя председатель донревкома Подтелков пресек переговоры.
Во время конвоирования, воспользовавшись начавшейся невдалеке перестрелкой, Чернецов крикнул – «Это наши – Ура!», после чего партизаны бросились на замешкавшихся конвоиров. В ходе схватки сам Василий Михайлович Чернецов и большая часть его отряда были изрублены конвоирами, бежать удалось только 15 юношам.
Существует версия, согласно которой виновником гибели полковника Чернецова является непосредственно председатель донревкома. Так во время конвоирования Подтелков издевался над Чернецовым, тот молча переносил оскорбления. Когда же Подтелков ударил его плетью. Чернецов выхватил из внутреннего кармана своего полушубка маленький браунинг и попытался в упор застрелить Подтелкова, но выстрела не последовало. Председатель донревкома выхватив шашку, зарубил Василия Михайловича, а конвойные тут же расправились с пленными партизанами. Голубов же узнав о гибели Чернецова, набросился на Подтелкова и даже заплакал.
На следующий день подъесаул Роман Лазарев с 62 партизанами чернецовцами и 4-й офицерской ротой совершил налет на станцию Глубокую и близлежащие хутора и подобрал трупы зарубленных Чернецова и погибших с ним партизан.
Красная гвардия бежала из станции Глубокой на станцию Миллерово, поскольку ее командир Григорий Петров был ранен в ногу, а весь командный состав выбыл из строя. Для Донского Войскового правительства опасность с севера на время утратило свою остроту.
31 января 1918 года в Пантелеймоновской церкви хутора Иванкова станицы Каменской священником Александром Смирновым и псаломщиком Василием Байзденковым был отпет по православному обычаю славный сын Вольного Дона полковник Василий Михайлович Чернецов.
Как запишет, будучи в эмиграции, в своих мемуарах генерал Антон Иванович Деникин: «Со смертью Чернецова как будто ушла душа от всего дела обороны Дона. Все окончательно развалилось».

Кандидат исторических наук
Эдуард Бурда

иллюстрации:
1. Василий Михайлович Чернецов
2. Нагрудный знак партизан Чернецова
Категория: Мои статьи | Добавил: mamay69 (20.01.2022)
Просмотров: 7497 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar