Категории раздела
Помочь сайту
Поиск
Поделиться
Друзья сайта
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

Съезды народов Терека и установление Советской власти в Терской области Часть 1
Съезды народов Терека и установление Советской власти в Терской области
Часть 1

В конце 1917 – начале 1918 года все отчетливее наблюдалось неспособность Терского войскового правительства и руководителей Терско-Дагестанского правительства хоть как-то навести порядок в Терской области. Тревога, смятение и недовольство охватили самые широкие массы терского казачества. Отсутствие твердой власти в условиях набиравших обороты межнациональных конфликтов грозило перерасти в кровопролитную войну на полное истребление между чеченцами и ингушами с одной стороны и казачеством с другой.
Недоверие к Войсковому правительству неспособному навести порядок, привело к тому, что уже к концу 1917 года в некоторых станицах граничивших с Чечней и Ингушетией вместо правлений и атаманов были избраны военно-революционные советы и комитеты.
Значительная часть казаков-фронтовиков, под влиянием агитации стала склоняться к мысли, что настала пора покончить раз и навсегда с обособленностью казачества, с его войсковой организацией с чуть ли не пожизненной службой, которая отвлекала от ведения хозяйства. Уставшие от трехлетней войны, ожесточившиеся в непрерывных вооруженных столкновениях с чеченцами и ингушами, изверившееся в возможности добиться чего-нибудь путем мирных соглашений, казачество видело выход, прежде всего в сокрушительном военном разгроме Чечни и Ингушетии. Ради этого они готовы были пойти на соглашение с Советами рабочих, солдатских и крестьянских депутатов и даже на признание центральной Советской власти.
Подобные настроения, метко охарактеризованные потом как «стратегическое приспособление к большевизму», поддерживала и распространяла и часть казачьего офицерства. Примкнувшие, а кое-где и сами создавшие станичные и отдельские военно-революционные комитеты казачьи офицеры были твердо убеждены, что призыв к войне против Чечни и Ингушетии не только вновь сплотит все казачество вокруг своих командиров, но будет горячо поддержано и иногородним населением.
Происходившие в конце декабря — в начале января съезды пред¬ставителей казаков и иногородних Сунженского, Кизлярского и Моз¬докского отделов еще более укрепили уверенность в том, что война против чеченского и ингушского народов будет морально и материаль¬но поддержана большинством населения области.
В январе 1918 года руководители военно-революционного совета Сунженской линии обратились в ревком Моздокского Совдепа с просьбой обсудить вопрос «о борьбе с чеченцами и ингушами». Однако при обсуждении этого вопроса представители Моздокского Совдепа и ревкома заявили, что «Моздокский Совет будет бороться за мирное урегулирование вопроса. При этом они предложили для обсуждения создавшегося положения созвать общеоблавстной съезд народов Терека».
Таким образом, возникла идея — созвать Терский областной съезд для орга¬низации новой законной власти в Терской области, способной взять на себя ответственность за развязывание войны про¬тив Чечни и Ингушетии. Инициатором созыва такого съезда выступил созданный еще в декабре 1917 года в Моздоке военно-революционный совет, руководимый полковником Т.М. Рымарем и сотником М.А. Пятирублевым.
В середине января 1918 года полковник Рымарь от имени 28 членов Моздокского военно-революционного совета обратился ко всему населению Терской области с воззванием послать делегатов к 25 января в Моздок на областной съезд, на котором будет создана «единая всеобщая власть для всего края».
И хотя в воззвании прямого призыва к войне против чеченского и ингушского народов не было, тем не менее, съезд созывался без них. Это прямо указывается в другом документе – «Программе организационного бюро по созыву съезда». Так, в «Программе» говорилось, что «Участвует в съезде все население Терской области: казаки, крестьяне, воинские части, рабочие и все трудовые народы, кроме племен, восставших против мирных граждан нагло попирающих права и законы и не желающих жить дружно с прочими жителями».
Воззвание Моздокского военно-революционного совета произвело сильное впечатление на все слои населения. Призыв собраться на съезд и вместе организовать единую для всего Терека революционную власть — все это с энтузиазмом вос¬принималось и в казачьих станицах, и в аулах, и в селениях Осетии, Кабарды, Балкарии. Перед всеобщим воодушевлением на задний план отходили выпады инициаторов съезда в отношении Чечни и Ингуше¬тии.
На первый областной съезд прибыло около 400 делегатов. Самую многочисленную группу делегатов представляли казаки. Из четырех казачьих отделов прибыло 191 делегат (Моздокский отдел представляли 76 человек, Пятигорский – 32, Кизлярский – 40 и Сунженский - 43), причем четверть из них были делегаты от иногороднего крестьянства. Из Кабарды и Балкарии (Нальчикский округ) приехало 53 депутата, из Осетии (Владикавказский округ) – 35. От иногороднего населения разгромленного Хасавюртовского округа, бывшего к моменту начала съезда уже беженцами прибыло 15 делегатов. От Советов рабочих и солдатских депутатов, а также органов городских управлений прибыло 54 делегата (от города Владикавказа – 18, от Грозного – 17, от Георгиевска – 6, от Кисловодска – 5, от Кизляра – 4, от Пятигорска – 3 и от Железноводска - 1). Воинские части были представлены 11 депутатами.
Таким образом, в работе съезда участвовали представители почти всех народов Терской области, за исключением чеченцев и ингушей, не приглашенных по настоянию Моздокского и Сунженского военно-революционных советов.
Накануне открытия съезда состоялось совещание социалистиче¬ских фракций, на котором почти без прений было принято предложе¬ние С. М. Кирова: действовать на съезде согласован¬но, добиваясь не допущения войны в Терской области. Так возник «социалистический блок» — временное тактиче¬ское объединение большевиков, меньшевиков и эсеров, сыгравшее решающую роль в работе съезда. В совет «социалистического блока», составленный на паритетных началах, от большевиков вошли С.М. Киров, С.Г. Буачидзе, С.Г. Мамсуров и Ю.П. Фигатнер.
Создавая временное объединение, большевики ставили перед собой задачу, во что бы то ни стало добиться на съезде признания власти Совнаркома РСФСР без установления пока Советской власти в Терской области. Чтобы вести борьбу в этом направлении, было признано необходимым оставить группу партийных работников вне «социалистического блока» с тем, чтобы эта группа большевиков не была связана в своей деятельности условиями соглашения с меньшевиками и эсерами. Эту группу возглавили видные партийные работники С. Мамсуров, Г. Анджиевский и председатель Кизлярского Совета рабочих и солдатских депутатов Меликянц.
25 января 1918 года в городе Моздоке начал свою работу I съезд народов Терека. Председателем областного народного съезда был избран казак, член Моздокского военно-революционного совета Дмитриенко; това¬рищами председателя — Е.С. Богданов и Д.А. Бабков (делегаты Грозного), А.И. Филатов (Нальчик), В.Ф. Тронов (Георгиевск); секретарем — А.И. Сахаров (Владикавказ) и несколько товарищей секретаря.
Острейшая борьба на съезде развернулась сразу же с момента открытия его. Социалистический блок полагал, что съезд должен не только образовать новую областную революционную власть, но и облечь ее определенной политической программой. Поэтому предста¬вители блока настаивали на таком порядке работ съезда:
1) текущий политический момент — положение в Терской обла¬сти; 2) организация временной областной власти; 3) земельный во¬прос; 4) национальный вопрос; 5) рабочий вопрос; 6) продовольствен¬ный вопрос; 7) выделение из областной революционной власти Тер¬ского военно-революционного комитета; 8) создание отдельских и окружных военно-революционных комитетов; 9) избрание комиссии для организации второго областного народного съезда.
Инициаторы же Моздокского съезда требовали, чтобы съезд только решил вопрос о войне и мире с чечен¬ским и ингушским народами и организовал твердую областную власть. Все же остальные вопросы, по их мнению, выходят за пределы компе¬тенции настоящего съезда и могут быть решены только местным крае¬вым учредительным собранием. Подобную повестку дня поддерживало и большинство делегатов казачьих станиц и иногороднего крестьянства Моздокского, Кизлярского и Сунженского отделов, где война фактически уже шла. К ним примкнули почти все делегаты разоренных селений и хуторов Хасавюртовского округа и часть деле¬гатов Грозного и Кизляра.
На закрытом заседании 26 января съезд заслушал заявление полковника Т.М. Рымаря, председателя военной секции и командующего вооруженными силами Моздокского военно-революционного совета о том, что совет мобилизовал и подготовил к наступлению значительные военные силы и уже дан приказ о вторжении их в Чечню и Ингушетию. С.Г. Буачидзе от имени социалистического блока заявил резкий протест и потребовал немедленно отменить приказ о наступлении. Заявление полковника Рымаря обсуждалось очень бурно. В ответ на яростные призывы делегатов ряда Моздокских и Сунженских станиц к беспощадной войне против чеченского и ингушского народов выступил представитель Армейского центра Кавказского фронта большевик Шакро Палавандашвили. От имени Кавказской армии он предложил поставить ребром вопрос о мирном сотрудничестве с чеченцами и ингушами, дать телеграмму о приглашении на съезд их представителей.
Как бы подводя итог столь бурному обсуждению заявления полковника Т.М. Рымаря, съезд постановил: приказ Моздокского военно-революционного совета о наступлении против Чечни и Ингушетии отменить. Затем была принята резолюция, сущность которой сводилась к следующему:
1) обратиться ко всем народам Терской области с призывом принять участие в съезде;
2) немедленно направить делегации к чеченскому и ингушскому народам с предложением мирного разрешения всех вопросов, волнующих их и все народы области;
3) опубликовать и широко распространить среди населения Терской области декларацию съезда.
Проведенное голосование по вопросу войны дало следующие результаты: 170 делегатов выступало – за мир, 130 – за войну. Уговорить казачью фракцию съезда принять участие в мирных переговорах удалось с большим трудом. Но казаки настаивали на предъявлении чеченскому и ингушскому народам двух требований: чтобы они вложили в один из банков десять миллионов рублей «в обеспечение от грабежей и насилий, которые могут причинить их абреческие шайки после заключения мира», и чтобы сдали все имеющееся у них оружие. Абсолютная неприемлемость и провокационность таких требований были ясны всем.
С.М. Киров убедил казачью фракцию отказаться от них. Полковник Т.М. Рымарь заявил с трибуны съезда: «Если вы отменяете наш приказ о наступлении, то я отказываюсь дальше работать и слагаю свои полномочия». И добавил: «Пусть съезд сам разговаривает с теми казачьими частями, которые идут сюда, и с казачьей массой, которая изверилась в мирных средствах и требует войны». Под таким давлением съезд добавил к уже принятой «резолюции мира» еще один пункт: «Приказ о наступлении отменить, но организацию сил и мероприятия по обороне тех мест, которым угрожает опасность, поручить тем организациям, которые до сих пор этим занимались».
Позже многие депутаты отмечали, что первые дни работы съезда проходили «под знаком провоцируемой казачьей фракцией войны с горцами». Однако вопреки многим ожиданиям, делегаты от казачества отказались предъявить заготовленный ультиматум, требующий прекратить разорение своих станиц ингушами и чеченцами, что могло привести к крупномасштабной межнациональной войне. Была на съезде и группа делегатов, позиция которой не совпадала с позициями представителей сунженских, Кизлярских и Моздокских станиц. Это, в основном, представители казачьих станиц и иногороднего крестьянства Пятигорского отдела — единственной сравнительно спокойной в то время части Терской об¬ласти. Наиболее зажиточные на Тереке пятигорские станицы, располо¬женные к тому же далеко от Ингушетии и Чечни, не переживали непо¬средственно трагедии горско-казачьих противоречий и не проявляли особого желания втягиваться в кровопролитную войну.
Кроме того, представители многих народов в своих выступлениях выражали уверенность в том, что съезд сыграет важную роль в судьбах многонациональной Терской области. Делегаты осетинской партии «Кермен», например, вопреки стремлению казачье-осетинского офицерства настаивавшего на военном исходе конфликта между чеченцами и ингушами, заявили, что съезд должен явиться «первым и решительным ударом по гражданской войне» и что осетинский народ полон решимости «поддержать совместно со всей демократией гражданский мир и братство народностей области». С заявлениями поддерживать мир между народами выступили также кабардинская и балкарская делегации. Большинство из них поддержало предложение «социалистического блока» о принятии мирной резолюции. В Чечню и Ингушетию от имени съезда была послана специально избранная делегация мира в составе 14 участников съезда. Делегации поручалось приложить все усилия для погашения конфликтов и пригласить представителей всех заинтересованных сторон на съезд для мирных переговоров.
В результате популистской тактики руководителей социалистического блока, опиравшихся на делегации казаков Пятигорского отдела, кабардинцев и осетин, наиболее воинственно настроенные казачьи и горские представители на съезде оказались в политической изоляции. Видя свое поражение, они попытались организовать прибытие в Моздок своих сторонников с протестами против принятых съездом решений. Однако эта затея окончилась неудачей.
Планы казачьих и горских лидеров добиться от съезда военным путем решить проблему земельных отношений с Чечней и Ингушетией рушились. А неожиданно большой успех своих политических оппонентов они объясняли тем, что «на съездах люди обыкновенно заражаются настроениями». Говорящий это позже, уже на Войсковом Круге VI созыва в феврале 1918 года Георгий Федорович Фальчиков признавал, что, привезя с собой наказы, объявить войну чеченцам и ингушам, казаки на съезде «…решили наказы оставить… в карманах».
Одновременно с началом работы Моздокского съезда 25 января в станице Марьинской собрался Войсковой Круг Терского казачьего войска. Но его авторитет и влияние среди Терского казачества к тому времени уже сильно ослаб. Показателем этого стал тот факт, что на него прибыло все лишь 60 делегатов, чем на Моздокский съезд. Более того, часть депутатов Круга, по собственной инициативе отправилась на съезд народов Терека, отражая тем самым превалировавшие среди большинства казачества настроения.
В сложившейся ситуации руководство Войскового Круга вынуждено было направить своим не явившимся депутатам, участвовавшим в работе I съезда народов Терека, категорическое требование незамедлительно приехать в станицу Марьинскую для принятия полномочий войскового правительства и «организации твердой власти в области». Но в ответ на это делегаты съезда постановили «предложить войсковому правительству прибыть на съезд в Моздок для сдачи отчета». А поправка одного делегата-казака «предложить бывшему войсковому правительству» была поддержана шумными аплодисментами.
В заключительные дни работы I съезда народов Терека был поднят вопрос об установлении твердой власти в области. После долгих прений большинством голосов была принята резолюция, предложенная С.М. Кировым. В резолюции съезда народов Терека говорилось о том, что «…необходимо прежде всего создать орган власти, способный объединить демократию Терской области и быть авторитетным для масс населения без различия национальностей». На седьмой день работы съезда его участники избрали временный высший орган власти – Терский областной Народный Совет. Его председателем стал левый эсер Ю.Г. Пашковский, заместителями его — А. Сомов и Е.С. Богданов, секретаря¬ми Совета — А.И. Сахаров и Д.А. Бабков. Для управления делами Терской области было организовано десять коллегий: по отделу ор¬ганизации и охраны общественного и революционного порядка, кото¬рую возглавил С.Г. Буачидзе; по продовольственному отделу — Н. Кесаев; по отделу промышленности и торговли—И.И. Элердов; по отделу труда и по финансовому отделу — Е.С. Богданов; по отде¬лу земледелия — Грига; по отделу народного просвещения — В. Кургосов; по отделу железнодорожного сообщения — Зейликович; па отделу почты и телеграфа — Ребриев; по национальному вопросу — Л. Бозиев.
Для решения всех острых вопросов, волнующих население края, было предложено, созвать 15 февраля в Пятигорске вторую сессию народного съезда, на который пригласить представителей всех народов области. Совету же поручалось провести всю необходимую подготовительную работу, подготовить доклады и предложения по разрешению национального, земельного, продовольственного, рабочего и некоторых других жизненно важных вопросов. В то же время главная политическая проблема – провозглашение Советской власти на Тереке – на съезде решена не была.
Моздокский съезд оказал большое воздействие на настроения подавляющего большинства населения края, в том числе и на казаков, вернувшихся с полей сражений и не успевших еще разобраться в сложившейся ситуации в Терской области. Как впоследствии весьма верно отмечали белоэмигрантские авторы, именно в это время в терских станицах стала постепенно вводиться советская система власти. Тогда же казаки некоторых частей, как, например, 1-го Волгского полка, 1-го Терского пластунского батальона, стали, открыто выступать за признание власти Совнаркома.
Руководители казачьих военно-революционных комитетов организовавшие Моздокский съезд, поняли, какую непоправимую ошибку они допустили, пригласив на съезд социалистические партии. Первой открыто подняло свой голос казачья военная секция Пятигорского отдела. Сразу же после Моздокского съезда военная (строевая) секция Пятигорского отдела обратилась ко всему терскому казачеству с воззванием. В воззвании говорилось:
«Воззвание строевой казачьей секции Пятигорского отдела. Граждане казаки! 25-го января сего года на Моздокском съезде решался вопрос о земле в Терской области, а следовательно и в нашем родном Терском войске.
Вопрос этот там не был решен, так как далеко не от всех казачьих станиц были представители. Многие из них поехали в станицу Марьинскую на войсковой круг.
Моздокский съезд иногородних переехал в город Пятигорск и здесь уже выпустил воззвание, в котором приглашает всех, населяющих Терскую область, граждан перерешить вопрос о земле самым коренным образом, с тем, чтобы были наделены землею все малоземельные и безземельные на равных началах без различия национальностей.
На 15-е февраля Моздокский съезд назначил в городе Пятигорске объединенное, с участием казаков и горцев заседание, на котором первым вопросом будет решаться вопрос о земле. Вопрос этот касается больше всех нас казаков и нам над ним надо крепко призадуматься. Предостережение уже дано, последствия скоро будут, этой же весной, когда начнутся полевые работы и когда рядом с казаком начнет поохать и безземельный крестьянин.
Малоземельными у нас в Терской области считаются ингуши, чеченцы и другие горцы, безземельными – переселившиеся сюда из разных губерний России крестьяне и рабочие. Одни из них проживши свою землю там в России, а другие бросивши ее на произвол судьбы. И те и другие могут потребовать себе земли только от нас казаков. Нас 250 тысяч, их 360 тысяч, почти вдвое больше. Подумайте: если разделить землю всем поровну, то сколько же ее останется у нас казаков?
300 слишком лет существует Терское войско и 300 слишком лет оно потом и кровью отвоевывало и отвоевывает себе каждую пядь земли. Когда здесь были глухие дебри, непроходимые леса и безбрежные степи, тогда всякий, кто бы не пожелал, приходил сюда, записывался в казаки и населял наши станицы.
Тогда принимались все, но шли к нам только смелые, сильные и решительные. Они своею кровью защищали землю, потом обрабатывали ее.
А когда жизнь здесь стала под защитою казаков безопасна, когда земля стала плодородная, когда в недрах открылись неисчерпаемые богатства, тогда и охотников на нее находится много.
Нам истинным сынам Терека и потомкам славных дедов и отцов необходимо призадуматься, чтобы не разбросать зря доставшееся наследство.
Казачья военная секция при Пятигорском отделе, из представителей строевых частей, берет на себя смелость оповестить всех казаков о предстоящем решении такого важного и жизненного для нас вопроса о земле. Мы сознаем, что вопрос этот может быть решен только всеми казаками там, в станицах, на полных станичных кругах, а не на случайно собравшихся митингах. Просим Вас братья казаки серьезней вдуматься в это дело. Решить вопрос определенно и уже с готовыми решениями дать ответ на Терском областном съезде в городе Пятигорске, 15-го февраля сего года.
Будьте внимательны и осторожны.
Несомненно, такие важные вопросы может решать только правомочное Всероссийское Учредительное Собрание, а не самочинные съезды, но при создавшемся безвластии всякий решает какие угодно вопросы и поэтому особенно нужно быть осторожными. Сила есть, нужно только мудрое решение его–то мы, ваши выборные, в интересах наших казачьих и ждем от Вас.
Настал момент великий, серьезный. Будьте достойны его. Дайте правдивый ответ, пусть не проклянет, а благословит вас потомство казачье.
Казачья военная секция Пятигорского отдела».
Воззвание военной казачьей секции Пятигорского отдела воодушевило работу Войскового круга VI созыва, открывшегося 11 (24) февраля 1918 года во Владикавказе. На круг прибыли депутаты в количестве 131 человека. Как оказалось, некоторые депутаты Войскового круга были деле¬гатами своих станиц и на Моздокском народном съезде, а некоторые побывали там, в качестве «наблюдателей».
«Некоторые из депутатов, прибывших на круг, наэлектризованные нелепыми слухами о действиях войскового правительства, вели себя крайне возбужденно,- писал впоследствии участник тех событий М. Ф. Щербаков,- и на первый взгляд казалось, что здесь под их фамилиями участвуют сами большевики».
Когда же кругом выслушаны были доклады депутатов участников Моздокского съезда, о том, как создался Терский народный совет и что в состав его попали чуждые для казаков и всего края люди, настроение этих депутатов резко изменилось. Благодаря умелому ведению заседаний председателем Г.Ф. Фальчиковым, работы круга работа круга приняла деловой характер, и круг начал выносить единодушные решения.
Войсковой атаман есаул Лев Ефимович Медяник и члены войскового правительства подали в отставку, поскольку, как заявил атаман, «от нашей работы сейчас, благодаря отрицательному отношению к нам населения, нет никакой пользы». Круг принял отставку Войскового правительства.
После долгих прений было решено вместо Войскового правительства избрать Временный Исполнительный комитет войска Терского в составе 12 человек, из которых 8 будут заведовать хозяйством, а 4 заведовать политическими делами. После долгих обсуждений с большим усилием удалось наметить кандидатов во Временный Исполнительный комитет. Его председателем был избран М.И. Гужев, товарищем председателя по хозяйственной части стал М.Ф. Щербаков, товарищем председателя по политической части В.Ф. Крючков. Членами комитета по хозяйственному отделу были избраны З.З. Левкин, Н.Р. Клишин, Р.А. Штепо, Игнатенко, Карпенко и Кондратенко, по политическому отделу – А.И. Цугулиев, О.П. Фролов и К.А. Шамшин.
Не забыты были и дела военные: для руко¬водства ими круг избрал начальника войскового штаба, командующего войсками и войскового интенданта. Командующим избран генерал-майор Н.В. Скляров, начальником войскового штаба стал полковник В.Ф. Белогорцев а войсковым интендантом по настоянию круга был оставлен войсковой старшина И.П. Рогожин. Немаловажным решением Войскового круга стала и реорганизация вооруженных сил терского казачества. Еще в конце 1917 года, когда казаки вернувшихся с фронтов полков разъехались по своим станицам, Войсковое правительство начало создавать отряды самообороны (в стани¬цах их называли офицерскими сотнями). Теперь войсковой круг утвердил начальниками таких отрядов в Пятигорском отделе — пол¬ковника В.К. Агоева, в Кизлярском — полковника С.Г. Бочарова, в Сунжен¬ском — войскового старшину Н.Ф. Рощупкина и в Моздокском — полковника Т.М. Рымаря.
Под влиянием казаков-фронтовиков, одурманенных социалистическими идеями, в специальном постановлении Круга объявлялось об образовании вместо прежних органов местного казачьего управления отдельских, станичных и хуторских Советов казачьих депутатов.

Использованные источники и литература:

1. Агафонов О.В. Казачьи войска России во втором тысячелетии. – М., 2002.
2. Борьба за Советскую власть в Северной Осетии (1917-1920 гг.). Сборник документов и материалов. – Орджоникидзе, 1957.
3. Борьба за Советскую власть в Северной Осетии. Сборник документов и материалов. – Орджоникидзе, 1977.
4. Бурда Э. В. Терское казачество и Российское государство XVI-XXI вв. История взаимоотношений. – М., 2015.
5. Бурда Э. В. Терского казачье восстание. 1918 год. – Нальчик: Издательство М. и В. Котляровых, 2016.
6. Войсковой круг Терского казачьего войска VII созыва. – Владикавказ, 1918, с. 3-7. Типографский оттиск.
7. Газ. «Горская жизнь». № 19, 25 января 1918 г.
8. Газ. «Горская жизнь». № 25, 1 февраля 1918 г.
9. Газ. «Известия» Пятигорского Совета № 18, 11 мая 1918 года.
10. Газ. «Народная власть». № 11, 13 апреля 1918 г.
11. Газ. «Народная власть». № 128, 8 октября 1918 г.
12. ГАРФ, ф. Р-446, оп. 2, д. 30.
13. ГАРФ, ф. 5881, оп. 2, д. 569.
14. Гугов Р. Х., Улигов У. А. Очерки революционного движения в Кабардино-Балкарии. – Нальчик, 1967.
15. Демушкин Д. И. «Кавказский пленник». О судьбе Терского войскового атамана Л. Е. Медяника. //Родной Терек. Правление Союза терских казаков. № 11. – Монтерей США, штат Калифорния, 1982.
16. Денисов С. В. Белая Россия. Альбом № 1. – Нью-Йорк, 1937.
17. Жупикова Е.Ф. Повстанческое движение на Северном Кавказе в 1920-1925 годах. / Академия исторических наук. Сборник трудов. Том 1. – М., 2007.
18. За власть Советов! Документы и материалы из истории гражданской войны в Чечено-Ингушетии. – Грозный, 1967.
19. Институт Гуманитарных Исследований при правительстве Кабардино-Балкарской Республики и отделении Российской академии наук Кабардино-Балкарской Республики. Ф. 2, оп. 2, д. 19.
20. История Кабардино-Балкарской АССР в 2-х томах. – М., 1967. Т. 2.
21. Коковцев В.Н. Из моего прошлого. Воспоминания 1911-1919. – М., 1991.
22. Коренев Д. З. Революция на Тереке. – Орджоникидзе, 1967.
23. Кучиев В. Д. История Осетии. XX век. – Владикавказ, 2011.
24. Лобанов В. Б. История антибольшевистского движения на Северном Кавказе 1917-1920 гг.: на материалах Терека и Дагестана. – СПб., 2013.
25. Малиев Н. Д. Историография Великой Октябрьской Социалистической революции и гражданской войны на Тереке. – Орджоникидзе, 1977.
26. Незабываемые годы. Воспоминания участников революционных событий и Гражданской войны на Ставрополье. – Ставрополь, 1960.
27. Немцов И. Моздокское восстание (воспоминание участника). //Памяти годовщины восстания Терского казачества 23 июня 1918 г. – 23 июня 1919 г. – Пятигорск, 1919.
28. Никитин И. К. Страницы истории. Борьба за власть Советов в Пятигорском округе (1917-1920 гг.). – Ставрополь, 1957.
29. Отчет заседаний войскового круга Терского казачьего войска VI созыва. – Владикавказ, 1918.
30. Стенографический отчет I съезда представителей трудового народа Нальчикского округа 18-21 марта 1918 г. – Нальчик, 1918.
31. Сухоруков В. Т. XI армия в боях на Северном Кавказе и Нижней Волге (1918-1920 гг.). – М., 1961.
32. Тахо-Годи А. Революция и контрреволюция в Дагестане. – Махачкала, 1927.
33. ЦГА КБР, ф. 198, оп. 1, д. 3.
34. Шамбаров В. Е. Белогвардейщина. – М., 2007.
35. Щербаков М. Ф. Большевики и борьба с ними Терского казачества. //Памяти годовщины восстания Терского казачества 23 июня 1918 г. – 23 июня 1919 г. – Пятигорск, 1919.
36. Этенко Н. Д. Большевистские организации Дона и Северного Кавказа в борьбе за власть Советов. – Ростов-на-Дону, 1972.
37. Янчевский Н. Л. Гражданская борьба на Северном Кавказе. Т. 2. – Ростов-на-Дону, 1927.

Кандидат исторических наук Эдуард Бурда
Категория: Мои статьи | Добавил: burdaeduard (24.10.2017)
Просмотров: 3891 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar