Категории раздела
Помочь сайту
Поиск
Поделиться
Друзья сайта
Вход на сайт

Главная » Статьи » Мои статьи

Съезды народов Терека и установление Советской власти в Терской области Часть 3
Съезды народов Терека и установление Советской власти в Терской области
Часть 3

17 марта 1918 г. Совнарком принял декрет о создании штаба Красной Армии во Владикавказе. Штаб, который возглавил большевик Ф. Серобабов, приступил к формированию вооруженных отрядов. Но вскоре руководителем штаба стал начальник Владикавказского гарнизона коммунист Я.Н. Сидоров. Консультантом по военным вопросам в штабе был сунженский казак, офицер, левый эсер, участник революции 1905 года М.Д. Томашевский.
Во Владикавказе из бывших фронтовиков и рабочих была сфор¬мирована рота, а затем два батальона. Оружие для этих первых регулярных частей Красной Армии было получено из Георгиевского арсенала. Во Владикавказ же были доставлены и шесть полевых орудий, взятых в казачьих станицах во время их насильственного разоружения, и артиллерийские снаряды.
Одновременно выяснялись численность и состояние красногвар¬дейских отрядов в городах и крупных селах, проводилось постепенное преобразование их в части Красной Армии. К концу апреля Терский Народный Совет и Совнарком имели в своем распоряжении около пяти тысяч бойцов.
Первое время работой по организации Красной Армии руководил непосредственно председатель Совнаркома С.Г. Буачидзе, затем — военный комиссар Я.П. Бутырин.
При самом активном участии Терского Народного Совета в очень короткий срок были созваны съезды осетинского, ингушского, чечен¬ского, кабардинского, балкарского народов и терского казачества. На каждом съезде выступали представители Терского Народного Со¬вета с подробными докладами о решениях Пятигорского съезда. И всюду, конечно, обсуждался все тот же неизменный на Тереке вопрос — об установлении и укреплении мирных, дружеских отношений между народами. Вместе с тем впервые на таких съездах намечались программы местной хозяйственной и куль¬турной работы во всех областях жизни.
Первый окружной народный съезд открылся 18 (31) марта 1918 года в Нальчи¬ке — съезд кабардинского и балкарского народов. На окружной народный съезд прибыло более 400 делегатов. От Терского Народного Совета и Совнаркома съезд приветствовал народ¬ный комиссар по национальным делам Гапур Ахриев.
Окружной съезд полностью одобрил все постановления второго областного съезда народов Терека. В заключение съезд избрал окружной Кабардино-Балкарский на¬родный Совет в составе 24 делегатов. Председателем Нальчикского окружного народного Совета был избран кабардинец Хамид Мамбетов, на высшую исполнительную должность комиссара Нальчикского округа было поставлено «нейтральное» лицо – член Терского народного Совета А.И. Сахаров. На II съезде народов Нальчикского округа 4 июня 1918 года он стал председателем Нальчикского окружного народного Совета. Одновременно Сахаров оставался на должности комиссара округа.
При этом Кабарда рассматривалась Советами автономной республикой. Были образованы «наркоматы», они все помещались в 2-3 комнатки старого здания Реального училища.
Необычным был съезд ингушского народа, открывшийся 15 апре¬ля в Назрани. К открытию же съезда в Назрань прибыло до трех с половиной тысяч человек. Посланцами Терского Народного Совета на съезде были С.М. Ки¬ров и комиссар по военным делам Я.П. Бутырин.
В принятых резолюциях съезд горячо приветствовал Терский На¬родный Совет, одобрил все решения Пятигорского областного народ¬ного съезда и дал согласие на восстановление железной дороги. Если потребуется,— торжественно заявил съезд, — ингушский народ всеми своими вооруженными силами поддержит Советскую власть в борьбе с контрреволюцией, с врагами трудящихся.
Избранный на съезде окружной Ингушский народный Совет воз¬главил Вассангирей Джабагиев.
Вести о Пятигорском областном народном съезде, о принятых, им решениях быстро облетели Чечню. В такой обстановке 18 апреля был созван общечеченский съезд в селении Урус-Мартан, на который прибыли представители Терского областного Народного Совета.
Чеченский съезд одобрил решения Пятигорского народного съез¬да, признал новую областную революционную власть, избрал своих представителей в состав Терского областного Народного Совета. В соответствии с конституцией Терской Советской республики съезд из¬брал Чеченский народный совет — новый орган власти всей. Чечни, установив местопребывание его в селении Старые Атаги. Председа¬телем Чеченского народного совета был избран А. Мутушев. Большинство в этом совете составляли шейхи, муллы и их фана¬тичные приверженцы. Большинство из них находилось под влиянием Ибрагима Чуликова и таких членов совета, как Хошкельдынский шейх Юсуф Хаджи, которого поддерживали кумыкские князья, Абдул Вагап Хаджи Аксайский, Белу Хаджи и другие.
Разногласия между левой революционной частью народного сове¬та, возглавляемой Т. Эльдархановым и А. Шериповым, и реакцион¬ным большинством совета очень скоро привели к полному разрыву между ними.
Терский Народный Совет и Совнарком решили, поэтому созвать 20 мая в Гроз¬ном третий областной съезд народов Терека. Выбор Грозного не случаен. Надо было обеспечить на этот раз наиболее полное представительство Чечни на областном народном съезде, покончить с состоянием войны в районе Грозного, добиться действительного примирения основного пролетарского центра края с Чечней.
После долгих и ожесточенных прений в Чеченском народном сове¬те реакционное большинство его решило, что чеченскому народу не следует участвовать в созываемом в Грозном областном съезде наро¬дов Терека.
Оппозиционная группа, руко¬водимая Т. Эльдархановым и А. Шериповым, обосновалась в селении Гойты, решив, так или иначе, организовать выборы деле¬гатов на областной съезд наро¬дов Терека. Вскоре был созван съезд представителей селений и аулов Чечни, готовых поддержи¬вать гойтинскую группу. На этом съезде был избран новый револю¬ционный Чеченский народный совет.
Так в Чечне образовалось два органа власти: Атагинский совет во главе с И. Чуликовым и Гойтинский народный совет, председате¬лем которого был избран Т. Эльдарханов. Вокруг Атагинского совета, обосновавшегося в бога¬том селении Алды, недалеко от Грозного, объединились самые темные фанатичные силы Чечни и вершили дела в нем крупные коммерсанты, промышленники, грознен¬ские домовладельцы. Гойтинский же народный совет сплачивал чечен¬скую бедноту, революционно настроенную молодежь, немногочислен¬ную прогрессивную интеллигенцию Чечни.
Трудовые массы Осетии также с воодушевлением восприняли За¬кон о социализации земли и другие решения II областного народного съезда в Пятигорске. Отношение к новой областной революционной власти осетинский народ определил на своем VI съезде 10 апреля в селении Христиановском. От новой областной власти на съезде присутствовал комиссар земледелия Ю.Г. Пашковский.
Однако, Осетия представляла собой сложный и запутанный узел противо¬речий. Трудовые массы сплачивались вокруг партии «Кермен» в борь¬бе за упрочение народной власти и единение с Советской Россией, за мир и дружбу народов Терека. Многочисленное же офицерство, сель¬ская буржуазия, кулаки, лавочники, и подавляющая часть интеллигенции ориентировались на единение с казачеством — не только во имя «спасения» России от большевиков, но и для совместной «защиты от ингушей».
После II съезда народов Терека особое значение для дальнейших событий развернувшихся в Терской области имел Войсковой круг терского казачества VII созыва.
Как описывалось, выше делегаты II областного народного съезда отнеслись крайне негативно к Войсковому Кругу VI созыва. Однако, после того как Войсковое правительство ушло в отставку и на его месте был образован Исполнительный комитет, казачья фракция областного народного съезда признала его в качестве правопреемника Терского Войскового правительства способного распоряжаться войсковым имуществом. Роль же комиссара по казачьим делам свелась к одному – он ставил разрешительную подпись на ассигновках комитета.
28 марта (10 апреля) во Владикавказе открылся Войсковой Круг VII созыва. Открыл работу Круга (съезда) Председатель временного исполнительного комитета М.И. Гужев, который предоставил слово областному комиссару по казачьим делам А.А. Сомову.
Значительную часть казаков-делегатов составляли депутаты бывших Войско¬вых Кругов, чиновники дореволюционного Терского областного прав¬ления, офицеры, в том числе командующий всеми казачьими воору¬женными силами полковник Н. В. Скляров, начальник войскового штаба полковник В. Ф. Белогорцев, избранные на эти посты VI войсковым кругом. Депутатами круга были даже два министра бывшего Войскового пра¬вительства.
Ссылаясь на наказы своих станиц, многие делегаты занялись реви¬зией основных решений Пятигорского народного съезда: конституции Терской Советской республики, Закона о социализации земли, об организации армии, а некоторые пытались брать под сомнение даже формальную законность постановлений Пятигорского съезда, относя¬щихся к казачеству.
С самого начала работы разгорелись жаркие споры по вопросу, как назвать собрание казаков Войсковым Кругом или казачьим съездом. Вначале собрание депутатов носило бурный характер, в особенности по вопросу, как назвать круг. Меньшая часть депутатов, в основном представители Сунженских станиц, заявили свой протест против названия собрания депутатов – кругом и потребовали назвать его – съездом. В угоду меньшинству, чтобы с первых дней не подорвать работы депутатов, тем более, что название сути дела не меняет, собравшийся круг был назван войсковым съездом VII созыва. Но и против такого наименования со стороны депутатов станиц: Михайловской – Кутулова, Троицкой – Николаенко и Золотухина раздавались протесты и требования назвать этот круг «1-м казачьим съездом».
После жарких споров председателем Войскового съезда VII созыва был избран Г.Ф. Фальчиков, его товарищами (помощниками) стали - М.А. Поморцев и А.Н. Привалов, секретарями – Ф.И. Савичев и Б.П. Борисов.
Избранный в председатели съезда Г.Ф. Фальчиков, обратившись к съезду с горячей речью, призывал депутатов отогнать от себя уныние, которое охватило в последнее время многих граждан и положить все свои силы на плодотворную работу для пользы Терского войска и всего русского государства.
На VII войсковом круге с докладом о решениях Пятигорского народного съезда выступили комиссар финансов А.А. Андреев и ко¬миссар земледелия Ю.Г. Пашковский.
Первым же вопросом повестки дня Войскового съезда VII созыва стало признание новой областной народной власти. Несмотря на сопротивление некоторой части делегатов, съезд принял резолюцию о признании существующей власти и ее поддержке. «Принимая во внимание, что истомленный и измученный анархией народ нуждается в твердой опоре и гарантиях спокойной жизни и спокойных занятиях своим трудом,— говорится в резолюции круга,— казаки приветствуют общую област¬ную народную советскую власть, всецело к ней присоединяются и ее поддерживают».
Не решаясь прямо отвергнуть Закон о социализации земли, Войсковой съезд принимает уклончивую резолюцию. В резолюции указывается на «самобытные особенности каза¬чества в отношении землепользования»; на «неподготовленность глу¬боких слоев трудового казачества к восприятию и усвоению Закона о социализации земли»; на опасность «столкновений отдельных групп народа» при проведении закона в жизнь. В заключении постановляется: обсуждение вопроса об осуществлении социализации земли среди казачьего тру¬дового населения отложить до отдельских (окружных) народных съездов. Что же касается наделения землей иногородних, то Войсковой съезд предоставил станицам самим решать этот вопрос, и рекомендовал «оседло проживающих» иногородних наделять землею «временно, впредь до решения этого вопроса во всероссийском масштабе». На земельные требования горских народов Войсковой съезд ответил коротко: «Казаки искренне желают идти навстречу для полюбовного и взаимоудовлетворяющего решения земельного вопроса со своими соседями горцами для уничто¬жения чересполосицы».
Несмотря на то, что в работах съезда казаков проглядывало самое мирное настроение к остальным группам населения области, и съезд шел на всевозможные уступки, по приказам советских комиссаров, Пятигорский и Георгиевский Советы разоружили пять станиц Пятигорского отдела. Так, Георгиевский красноармейский отряд под предлогом предупреждения возможного контрреволюционного выступления изъял из станицы Подгорной 4 орудия и все имеющееся у населения стрелковое вооружение. В станице Ессентукской было отобрано 15 бомбометов, 100 тысяч патронов, несколько пудов динамита и сотни винтовок. При этом станица Ессентукская подверглась еще и ограблению. В Кисловодске у казаков было отобрано помимо стрелкового вооружения еще 2 полевых орудия и 20 ящиков снарядов к ним. Разоружение станиц, естественно, взволновало казачество, о нем быстро распространились самые провокационные слухи.
Приглашенному на заседание съезда председателю Терского Совета Народных Комиссаров С. Г. Буачидзе было предложено дать разъяснения по инциденту связанному с разоружением станиц.
С.Г. Буачидзе сообщил кругу, что народная власть решила поло¬жить конец грабежам, обезопасить движение по железной дороге, не допускать каких-либо вооруженных столкновений. Он напомнил, что уже при народной власти были разбиты и сожжены осетинское селе¬ние Батакоюрт и кабардинское Бароково. Для борьбы против тех, кто мешает установлению мира в Терской области, создаются вооружен¬ные силы.
Разоружение Пятигорского отдела связано с тем, что там меньше всего опасность вооруженных столкновений. Пушки, взя¬тые в станицах Горячеводской и Подгорной, стояли там без дела, без всякого ухода. Кроме того, С.Г. Буачидзе заявил что,— «имеются также опасения, что враги Советской вла¬сти в этих станицах могут всадить нож в спину Красной Армии, если ей придется сражаться с бандами генерала Корнилова».
Выступление председателя Терского Совнаркома не дало исчерпывающего ответа и тем самым вселило в казачестве недоверие к новой власти. Даже ратовавшие ранее за Советскую власть изменили свой взгляд на отношение к ней, что дало возможность сплотиться всем казакам в одно целое. Войсковой круг принял разъяснения С.Г. Буачидзе к сведению без обсуждения.
Несмотря на выступление отдельных зараженных революционными идеями депутатов, протестующих против постановлений, касающихся сохранения прав казачества, решения съезда выносились большинством голосов. Это видно, например, из постановления о строевых частях, где съезд большинством голосов против 2, и при 4 воздержавшихся, постановил: «В интересах защиты края и всего государства от вражеского нашествия отстаивать перед областным народным Советом сохранение строевых частей войска в составе четырех конных и четырех пеших полков, четырех пластунских сотен и четырех батарей, с сохранением существующей в войске организации командования строевыми частями, с подчинением ее Терскому областному народному Совету и отнесением вызываемых этим расходов на счет казны».
Терский Народный Совет, конечно, отклонил ходатайство войско¬вого круга о сохранении казачьих полков.
Выход все же был найден, VII войсковой круг подтвердил поста¬новление VI войскового круга об организации крупных наемных отря¬дов, по одному в каждом отделе (округе).
Это один из ярких примеров своеобразия тогдашнего положения на Тереке. Правительство Терской Советской респуб¬лики для организации Красной Армии, подвергало разоружению только казачьи станицы, при этом горские селения и аулы оставались вооруженными. Терское ка¬зачество в свою очередь продолжало сопротивляться разоружению. Многое благоприятствовало этому, в том числе и все еще достаточно крепкая казацкая казна.
На съезде было принято решение реорганизовать Войсковую газету «Вперед», переименовав ее в «Терский казак» и назначить ее редактором, крупного общественного деятеля Г.А. Вертепова.
Съезд VII созыва разъехался 6 (19) апреля 1918 года, избрав хозяйственный совет Терского казачества при Терском народном совете из восьми лиц управляющих отделами:
Отдел просвещения и медицины - Петр Степанович Гришин;
Особый отдел - Яков Никитич Сомов;
Финансовый отдел - Николай Родионович Клишин;
Строительный отдел - Николай Васильевич Белоусов;
Товарищ комиссара по войсковым делам – И.Я. Корочанский;
Горный отдел - Александр Николаевич Привалов;
Отдел агрономии, леса и ветеринарии - Павел Ефимович Луценко (впоследствии председатель совета);
Гидротехнический отдел - Елеферий Исаакович Суханкин;
Редактор войсковой газеты «Терский казак» - Григорий Абрамович Вертепов.
Избранный хозяйственный совет ведал лишь войсковыми хозяйственными делами,— но полити¬ческое руководство и представительство осуществляла казачья фрак¬ция Терского областного Народного Совета. Два этих органа допол¬няли друг друга.
Не менее интересно проходил и съезд Моздокского отдела, проходивший в начале апреля 1918 года. На съезд были приглашены в качестве гостей и представители от чеченского, ингушского и кумыкского народов. Председателем съезда был избран Георгий Федорович Бичерахов.
В ходе работы съезда был избран Народный Совет Моздокского отдела. От казачьей группы в него прошли Г.Ф. Бичерахов, П.М. Иванов, И.П. Немцов, Г.Л. Борвенко, А.В. Дзодцоев, Г.К. Неткачев, хорунжий С.Ф. Машенцев, Бирюк. От представителей иногородней группы вошли Дорошевич, Курносов, Марьянский, Кокошвили, Бобченко, Кушнаренко и Данилов. От почтово-телеграфного союза - Самойленко, от союза учителей – Явловский, от медицинского союза врач В.М. Губин.
Таким образом, казачья группа была в большинстве, а если принять во внимание, что представители почтово-телеграфного, учительского и медицинского союзов голосовали с казачьей группой, то станет ясно, что первую скрипку стала играть казачья половина Народного Совета во главе с Г.Ф. Бичераховым. С этого момента и до окончательного разгрома терского казачества Георгий Федорович Бичерахов являлся лидером политических структур, представлявших антибольшевистское движение казачества.
Активный участник всех политических событий в Терской области Д.С. Писаренко так охарактеризовал Г.Ф. Бичерахова: «…человек этот обладал большой способностью вести казаков за собою, умел отлично улавливать их подлинные думы и чаяния, незаурядно энергичный и сильный волей. Не чужд был и демагогии, когда это требовалось для отражения нападения политических противников».
Сразу же после Отдельского съезда у Народного Совета возникли трения с Моздокским Совдепом, который стал творить свою волю: то введет налог на казаков, приезжающих на базар, то станет требовать от казаков удостоверения на право ношения оружия, то незаконно арестует члена Народного Совета. В такой обстановке шла работа до июня 1918 года, когда решено было созвать новый съезд, чтобы узнать настроение казаков.
И хотя, ввиду сложившейся политической обстановки Советская власть и была признана казаками, но поведение ее зародило в казачестве к ней недоверие. Члены казачьей фракции областного народного Совета, избранные на II-м Пятигорском областном съезде, признавшие первые Советскую власть, поняли свою ошибку. Комиссар по казачьим делам подъесаул Сомов выходит в отставку и 9 апреля 1918 года его место занимает хорунжий Н.Т. Данилов, пробывший на этом посту до 31 мая, когда его сменил сотник Константин Степанович Лотиев.
При установлении Советской власти в Терской области не обошлось без конфуза. Так, с самого начала своего появления Терский Народный Совет, а затем и Совнарком установили связь с органами революционной власти Кубани, Дона и Ставрополья. Советским войскам, отбивавшим под Ростовом наступ¬ление немцев и сражавшимся с белогвардейской армией Деникина, была передана часть пушек, взятых в казачьих станицах. Туда же был направлен значительный отряд пятигорского гарнизона под командо¬ванием начальника Пятигорского военно-революционного штаба, бывшего сапожника-кустаря Наума Нижевясова. Однако после первого же боя с немцами отряд Нижевясова самовольно покинул фронт и 18 апреля вернулся в Пятигорск.
В конце апреля 1918 года Пятигорский Совдеп получил декрет Терского Совнаркома о роспуске отрядов революционного штаба с заменой их подразделениями регулярной Красной армии. Нижевясов не подчинился декрету и в ночь на 5 мая поднял вооруженный мятеж, объявив себя командующим всеми войсками Пятигорского гарнизона.
Вооруженные мятежники из отряда Нижевясова захватили здание Совдепа в Пятигорске и намеревались арестовать Анджиевского и членов Совдепа. Такой же приказ об аресте большевиков был дан мятежным отрядам и в других городах Кавказских Минеральных Вод.
Пятигорские большевики во главе с Г.Г. Анджиевским тщетно пытались противопоставить мятежным отрядам Наума Нижевясова хоть какие-нибудь реальные силы. Верной Совету оставалась одна только гаубичная батарея, расположенная в Ессентуках. Пятигорскому Комитету партии большевиков и Совдепу ничего не оставалось, как только уйти в подполье.
В течение нескольких дней Пятигорск был полностью в руках мятежников. По улицам города ходили патрули, на мосту через реку Подкумок были установлены пулеметы, а из-за реки, со стороны станицы Горячеводской, 12 орудий были нацелены на Пятигорск, чтобы по сигналу мятежников начать обстрел города.
Создалось очень опасное положение, и Г.Г. Анджиевский вы¬нужден был обратиться за помощью к Терскому Совнаркому. Для подавления мятежа в Пяти¬горск немедленно выехал председатель Совнаркома С.Г. Буачидзе на бронепоезде «III Интернационал» с отрядом красноармейцев. На станции Минеральные Воды С.Г. Буачидзе встретился с быв¬шим командующим Северокавказской Красной Армией А.И. Автоно¬мовым, который как раз направлялся во Владикавказ с поручением к Терскому Совнаркому. А.И. Автономов прибыл в сопровождении небольшого отряда красноармейцев. Совместными усилиями мятеж Наума Нижевясова был подавлен в течение нескольких дней.
7 мая Наум Нижевясов и его сообщники были арестованы и расстреляны.
С 8 по 10 мая 1918 года Пятигорский Совдеп объявил город на осадном положении с целью разоружения отрядов бывшего революционного штаба. Председатель Пятигорского совдепа Г.Г. Анджиевский получил чрезвычайные полномочия и опираясь на преданные Советской власти вооруженные дружины рабочих и красноармейцев, провел разоружение всех отрядов Нижевясова.
После подавления мятежа Нежевясова существовавшие еще в некоторых местах на Тереке военно-революционные штабы были упразднены. Формирование воинских частей и все военное дело было поставлено под непосредственное руководство и контроль Советов — их военных отделов. Военные комиссары в горо¬дах, округах и отделах назначались теперь приказом военного комис¬сара Терской Республики.

Использованные источники и литература:

1. Агафонов О.В. Казачьи войска России во втором тысячелетии. – М., 2002.
2. Борьба за Советскую власть в Северной Осетии (1917-1920 гг.). Сборник документов и материалов. – Орджоникидзе, 1957.
3. Борьба за Советскую власть в Северной Осетии. Сборник документов и материалов. – Орджоникидзе, 1977.
4. Бурда Э. В. Терское казачество и Российское государство XVI-XXI вв. История взаимоотношений. – М., 2015.
5. Бурда Э. В. Терского казачье восстание. 1918 год. – Нальчик: Издательство М. и В. Котляровых, 2016.
6. Войсковой круг Терского казачьего войска VII созыва. – Владикавказ, 1918, с. 3-7. Типографский оттиск.
7. Газ. «Горская жизнь». № 19, 25 января 1918 г.
8. Газ. «Горская жизнь». № 25, 1 февраля 1918 г.
9. Газ. «Известия» Пятигорского Совета № 18, 11 мая 1918 года.
10. Газ. «Народная власть». № 11, 13 апреля 1918 г.
11. Газ. «Народная власть». № 128, 8 октября 1918 г.
12. ГАРФ, ф. Р-446, оп. 2, д. 30.
13. ГАРФ, ф. 5881, оп. 2, д. 569.
14. Гугов Р. Х., Улигов У. А. Очерки революционного движения в Кабардино-Балкарии. – Нальчик, 1967.
15. Демушкин Д. И. «Кавказский пленник». О судьбе Терского войскового атамана Л. Е. Медяника. //Родной Терек. Правление Союза терских казаков. № 11. – Монтерей США, штат Калифорния, 1982.
16. Денисов С. В. Белая Россия. Альбом № 1. – Нью-Йорк, 1937.
17. Жупикова Е.Ф. Повстанческое движение на Северном Кавказе в 1920-1925 годах. / Академия исторических наук. Сборник трудов. Том 1. – М., 2007.
18. За власть Советов! Документы и материалы из истории гражданской войны в Чечено-Ингушетии. – Грозный, 1967.
19. Институт Гуманитарных Исследований при правительстве Кабардино-Балкарской Республики и отделении Российской академии наук Кабардино-Балкарской Республики. Ф. 2, оп. 2, д. 19.
20. История Кабардино-Балкарской АССР в 2-х томах. – М., 1967. Т. 2.
21. Коковцев В.Н. Из моего прошлого. Воспоминания 1911-1919. – М., 1991.
22. Коренев Д. З. Революция на Тереке. – Орджоникидзе, 1967.
23. Кучиев В. Д. История Осетии. XX век. – Владикавказ, 2011.
24. Лобанов В. Б. История антибольшевистского движения на Северном Кавказе 1917-1920 гг.: на материалах Терека и Дагестана. – СПб., 2013.
25. Малиев Н. Д. Историография Великой Октябрьской Социалистической революции и гражданской войны на Тереке. – Орджоникидзе, 1977.
26. Незабываемые годы. Воспоминания участников революционных событий и Гражданской войны на Ставрополье. – Ставрополь, 1960.
27. Немцов И. Моздокское восстание (воспоминание участника). //Памяти годовщины восстания Терского казачества 23 июня 1918 г. – 23 июня 1919 г. – Пятигорск, 1919.
28. Никитин И. К. Страницы истории. Борьба за власть Советов в Пятигорском округе (1917-1920 гг.). – Ставрополь, 1957.
29. Отчет заседаний войскового круга Терского казачьего войска VI созыва. – Владикавказ, 1918.
30. Стенографический отчет I съезда представителей трудового народа Нальчикского округа 18-21 марта 1918 г. – Нальчик, 1918.
31. Сухоруков В. Т. XI армия в боях на Северном Кавказе и Нижней Волге (1918-1920 гг.). – М., 1961.
32. Тахо-Годи А. Революция и контрреволюция в Дагестане. – Махачкала, 1927.
33. ЦГА КБР, ф. 198, оп. 1, д. 3.
34. Шамбаров В. Е. Белогвардейщина. – М., 2007.
35. Щербаков М. Ф. Большевики и борьба с ними Терского казачества. //Памяти годовщины восстания Терского казачества 23 июня 1918 г. – 23 июня 1919 г. – Пятигорск, 1919.
36. Этенко Н. Д. Большевистские организации Дона и Северного Кавказа в борьбе за власть Советов. – Ростов-на-Дону, 1972.
37. Янчевский Н. Л. Гражданская борьба на Северном Кавказе. Т. 2. – Ростов-на-Дону, 1927.

Кандидат исторических наук Эдуард Бурда
Категория: Мои статьи | Добавил: burdaeduard (07.11.2017)
Просмотров: 3056 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar