Помочь сайту
Поиск
Поделиться
Календарь
«  Июнь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930
Вход на сайт

Главная » 2017 » Июнь » 25 » Записки старого казака. А. Шпаковский. УРЯДНИК ИГНАТЬЕВ
17:59
Записки старого казака. А. Шпаковский. УРЯДНИК ИГНАТЬЕВ
Материалы из русских журналов XIX–XX вв. А. Шпаковский «Записки старого казака».
"УРЯДНИК ИГНАТЬЕВ"



"Обаятельно-заманчива была наша боевая жизнь, а войсковое положение, даровавшее равные права нашему сословию со всеми подданными империи, вместе с тем разрешало, уже без особого высочайшего повеления, зачисляться, каждому без изъятия, в наше войско, дав только обязательную подписку за себя и потомство принадлежать сословию.
Это вызвало к нам не одного охотника. В числе их сенатский регистратор Игнатьев поступил в нашу бригаду казаком. Как теперь помню; — я был в бригадном штабе в своей канцелярии. Старший бригадный писарь, урядник Гусев, доложил мне, что прибыл явиться «дворянин-казак из московских», т. е. не из своих, а на московских смотрели казаки вообще как-то недружелюбно, пока не убеждались, что «не свой» перерождался в истого казака, и тогда уже, как со своим пересозданием, они делались друзьями на жизнь и смерть.
Велел я позвать неофита-казака. Мне представилась личность лет 23 или 24-х, в странном каком-то балахоне, в роде шинели; когда я спросил его, что на нем за костюм, он откровенно сказал: «я решительно ничего не имею, кроме желания быть хорошим казаком, а бедность не порок». Этот ответ и вообще симпатичная личность Игнатьева заинтересовали меня. Справясь с его документами, я узнал, что он из студентов 3-го курса камерального факультета, и попросил командира бригады оставить его при мне. Выдали Игнатьеву небольшую сумму для водворения я подарил ему коня и оружие, и он живя у меня, стал моей правой рукой.
Каждый день, с 10 до 12 часов, если не было тревоги, Игнатьев охотно ходил с учебной командой стрелять и учиться владеть конем и шашкой, чего строго требовал наш неоцененный В-в. Такой личности нетрудно было усвоить все приемы ловкого казака. За первое дело в разъезде, в который Игнатьев был назначен за уряд-урядника, его произвели в урядники, а за отличие в набеге и за молодецкое разбитие партии, вдвое превосходнейшей численностью, также на разъезде, Игнатьев удостоен был знака ордена св. Георгия и назначен старшим урядником 4-й владимирской сотни, 2-го конного полка.
Сотенный командир, штабс-капитан князь Каймурза-Беймурзов, заболел. Станица Владимирская еще недавно была водворена на месте поста Житомирского, в пятя верстах от Лабы и в десяти от Лабинской. Жители не успели еще хорошенько освоиться с местностью, так как большая их часть была переселена с Дона, а уже заявили себя молодцами.Беглый урядник Колосов, житель станицы Вознесенской, бывший у меня во взводе № 14-го конной батареи, бежавший в горы, промотав порученные ему казенные деньги, немало пакостил, хотя и мелочно, на нашей линии, пользуясь превосходным знанием местности. Я расскажу последний его смелый набег. Пробравшись, с партий человек в пятьсот, с вершин Тегеней по скрытным балкам между Урусом и Чамлыком, Колосов каким-то случаем узнал, что во Владимирскую станицу ждут с Кубани вторые ставропольские сотни.
Уверенный, что его никто лично не знает в новой станице, он до того был дерзок, что, оставив партию на высотах за станицей, как будто на покормку, сам, с таким же беглецом с Кубани, приехал в станицу и явился подполковнику (Кубанского егерского полка) Ахмылову, как к отрядному начальнику, за приказанием, где остановиться сотням. Подполковник, ничего не подозревая, велел оставить сотню на покормке до вечера — и еще приказал этому висельнику дать чарку водки. Колосов выехал за станицу, зорко опытным глазом повысмотрел, что часть скота, голов в триста, была на водопое у ручья, а женщины с ребятишками мыли белье близ мельницы. Поздоровался он с ними, объявив, что сотни пришли с Кубани, и отправился к партии...
Идут мнимые сотни со значками впереди — и вдруг бросились на скот и на мыльщиц... Поднялся крик и гам, а бывшие на мельнице казаки принялись стрелять... Раздалась тревога в станице, загудел набатный колокол, вторя перекатам барабанов, и окрестность дрогнула от гула батарейного единорога, оповестившего линию... Пехота бегом высыпала вместе с жителями за станицу.
Урядник Игнатьев с сотней был версты за две, в прикрытии главного скотского табуна; он соколом прилетел, и, после залпа на скаку, с шашками дружно бросилась сотня на неприятеля из-за скрытной балки с правой стороны. Не ожидавшие столь смелой атаки, горцы смешались было: но, скоро оправившись, остановили сотню, заставив ее своим натиском отступать шаг за шагом, отбиваясь выстрелами. Горцы охватили сотню с фланга и фронта. Игнатьев понял, что этот удачный маневр горцев озадачил казаков и исход неминуемо будет гибелен: живо сообразив и пользуясь хорошо ему знакомой местностью, он, быстро поворотя кругом, бросился в карьер, врассыпную, как на уход. Горцы думали, что сотня струсила, погналась за ней в рассыпную же, опережая друг друга.
А между тем Игнатьев, наведя партию на залегшую по балкам пехоту, встретившую ее сильным огнем, живо выстроился и, обскакав кругом станицу, бросился на оторопевших, в свою очередь, горцев. Этого напора горцы не выдержали и рассыпались по равнине к Лабе, а сотни из станиц Лабинской и Зассовской почти одновременно бросились им наперерез от Лабы. В это время показались на высотах за станицей сотни вознесенская и чамлыкская, почти в том же направлении, откуда появилась партия. Окруженные со всех сторон, горцы, отчаянно отбиваясь, и поодиночке, и кучами, носились, как испуганный рой ос, по равнине, гонимые и встречаемые со всех сторон казаками. Они, действительно, дорого продавали свою жизнь: безнадежное положение делало из них героев; но недолго длился бой... И едва ли десятка два или три человек спаслось за Лабу, в числе их и раненый Колосов.
Этот негодяй, но, тем не менее, отличный наездник, два раза налетал на Игнатьева в одиночку и последний раз ранил его легко шашкой.
Недолго после этого беглец разбойничал: его поймали в низовых станицах и повесили своим судом, самосудом!..
Горцы потеряли много хороших джигитов, в числе их вожака Алхаза Алхазова, и несколько старшин и узденей, а поживы не видали.Потеря наша, при отчаянном сопротивлении горцев, была не так значительна. За то дело, так ловко начатое, Игнатьев был произведен в хорунжие; сотня получила на свою долю четыре георгиевские креста и две медали за храбрость".

ПРИ КОПИРОВАНИИ МАТЕРИАЛОВ ССЫЛКА НА САЙТ СТРОГО ОБЯЗАТЕЛЬНА!
Категория: Рассказы | Просмотров: 3346 | Добавил: Admin2 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
avatar